— Есть новости?
— Машину Сумарокова в лесу нашли.
— Правда? — ахнула я, не планируя делиться с ним своими злоключениями. — И что слышно по этому поводу?
— Тачку подожгли и скинули в овраг.
Я налила чай, поставила перед Димкой чашку, сама уселась напротив. Озадаченно покусала губу и решилась на откровенность.
— Как ты думаешь, всё-таки, это могла быть Жанна? — Димка почесал бровь, что-то прикинул в своей голове и ответил:
— Думаю, нет.
Оговаривать сестрицу я и не думала, напротив, хотела услышать доводы в защиту Жанны. Словом, разобраться. Поэтому соглашаться не спешила.
— Смотри, что мы имеем, — невольно употребила я «мы», но он же сам вызвался сторожить меня. А это равносильно помогать. — Жанна ссорится с мужем и сбегает, прихватив у него некую ценность. Вдовин ясно дает понять, что границу Жанна не пересекала, да и в принципе уверен — жена где-то поблизости. О ценности нам ничего неизвестно, но имеющая информация дает нам право рассуждать, что это не деньги как таковые. И чтобы конвертировать вещицу в нал, требуется время. Возможно, Жанна как раз этим сейчас и занята, а быть может уже при деньгах… но в день убийства денег у сестры ещё не было. А теперь давай представим ситуацию, — я отпила из чашки и продолжила: — Положим, Жанна приехала в посёлок. С кем она тут виделась мы не в курсе, к маме однозначно не заглядывала…
Хотя, тут я не уверена, может и заглядывала, а мама пребывала «в космосе» в тот момент. Визит Сумарокова вспомнили вон с трудом. Однако, берем за аксиому — Жанна мать не навещала, тем более особой роли данная дилемма не меняет.
— Положим, — продолжила я, — сестрице требовалась помощь. Человек требовался надежный и не сотрудничающий с Вдовиным. На эту кандидатуру очень подходишь ты, кстати. Жанна узнает, что ты в поселке и едет к тебе на ферму. Там, вместо того, чтобы встретиться с тобой, она встречает Сумарокова. Последний, как ты помнишь, занимался поиском Жанны и на тот момент уже разнюхал о вашем романе…
— Бывшем романе, прошу заметить, — выставил Димка палец.
— Это сейчас не имеет значения, — отмахнулась я.
— Как это не имеет! — возмутился он. — Я требую занесение этого факта в протокол.
— Ты будешь кривляться или слушать? — добавила я в голос строгости. Димка взмахнул кистями «сдаюсь», а я возобновила полет мысли: — В общем, они могли совершенно случайно столкнуться на ферме или где-то неподалеку. Естественно, у них возник конфликт: Юрец планировал доставить беглянку к мужу, в сестрицины планы подобное не входило. В самый разгар жаркой полемики, возможно, он ей даже угрожал, Жанна огрела Сумарокова чем-то тяжелым. И теперь прячется, только уже не от мужа, точнее не от него одного, а и от полиции в том числе.
Я закончила и вопросительно уставилась на Димку. Тот многозначительно задумался, с самым серьезным видом, встал, подлил себе чай, прошелся по кухне.
— Будь Жанна убийцей, максимум, что она могла бы сделать — избавиться от орудия убийства. Сообразить про отпечатки и прочее. А таскаться с трупом… нет, не особо верится. Да, она маникюр бы себе испортила, — пошутил он. Шутку я не оценила и продолжала хмуриться, тогда Димка вернулся на стул и принялся объяснять: — Ну, вот смотри. Представим, что это она. Стоит Жанна над остывающим Сумароковым, гадает. Ей приходит в голову великолепная идея закопать труп. Нет тела — нет дела, как говорится. Мы допускаем, что она воспользовалась автомобилем убитого и вывезла тело на его же машине. Пока всё складно. Мы даже допускаем, что она тащила по лесу убиенного, невзирая на каблуки и ногти. Потащишь тут, куда деваться. Первое — лопата. Где Жанна взяла лопату? Хорошо, она могла перешерстить близлежащие огороды, наверняка, в одном из них найдется брошенный инструмент. Но тогда её непременно кто-нибудь заметил бы. А нам не нужно забывать, что она прячется. И потом, ехать к оврагу, ждать темноты… а машину по-любому поджигали и скидывали ночью, так безопаснее и дым в поселке не разглядят. Слишком энергозатратно, это не про Жанну. Нет. Или у неё был помощник или я отказываюсь верить.
— Тогда у меня остается только один подозреваемый.
— И этот подозреваемый, дай догадаюсь… — театрально насупил брови Щуров. Вспыхнул озарением и развел в стороны руки: — Ваш покорный слуга.
— Бинго! — растянула я рот в улыбке.