— Ладно, я не гордый. Учи. Только объясни для начала, зачем мне это? Кокосов и рыбы у меня достаточно, женщины красивые, а климат роскошный. Может, я сам потихоньку. Мне бы для начала крышу починить, а с истребителями разберемся со временем.
Похоже, храм любой юмор игнорировал, старательно превращая его в рациональную информацию:
— Продолжим по порядку твоих вопросов. Сначала — методика, потом — мотивы. Итак, если бы ты был того же вида, что и учитель, то проблем не было бы — достаточно отправить тебя в детском возрасте учиться в окружении соответствующей культуры. И лет через двадцать ты бы ничем не отличался от своего учителя и мог бы самостоятельно строить истребители. Проблема в том, что это возможно только внутри материальной культуры сенсея. Если тебя просто вернуть обратно на остров, то в лучшем случае твои соплеменники займутся селекцией кокосов, но никак не истребителями, даже если все будут мечтать о них. Проблемы в этом примере уже видны — это и проблема переноса дикаря в другую культуру, проблема времени, и проблема невозможности реализовать приобретенные знания и умения на острове в отрыве от культуры учителя.
— Это все понятно.
— Ну, тогда вот еще новая вводная: дикари — представители иного вида. Хуже того, они инопланетяне. Они воспринимают реальность, используя иную систему рецепторов со всеми последствиями, чем предполагаемые учителя. И еще один нюанс — никакая поездка аборигена в заграничный университет невозможна по такому количеству причин, что, проще сказать, невозможна по определению.
— Я ведь не первый у тебя в гостях. Раньше ты же находил способы как-то обходить эти препятствия?
— Не первый. Четвертый. Две попытки закончились гибелью Идущих. Третий отказался от предложенного. Мы с ним занимались тем, что я бы назвал селекцией кокосов. Он умер своей смертью, и какое-то время после этого я общался со специально подготовленными людьми.
— О чем вы общались?
— О кокосах, — мне показалось, что храм неожиданно пошутил, — они ходили ко мне, как на занятия. Я их учил, они транслировали в меру своего понимания полученное в свою культуру. Какие-то элементарные знания таким образом передать вполне возможно, только очень медленно. Приходится ждать, пока дикари адаптируют в своей среде одну простейшую технологию, чтобы можно было учить их ее развитию. Мне времени не жалко, но я сразу предупредил, что, по сути, им предстоит построить собственную цивилизацию, пусть и с моей помощью. А это столетия. Да и результат непредсказуем. Насколько я понимаю, они сейчас утратили все, что отстроили, за время нашего взаимодействия.
— А предшественники? Те двое, что согласились с твоим предложением, что с ними?
— Их отторгли соплеменники. Вероятно, убили. Точно не знаю. Если это тебе интересно, возможно разберешься сам, надо только понять, что я предлагаю. Готов слушать?
— Для этого и пришел. Говори давай.
— Дикарю мало предложить очки, глядя через которые он бы воспринимал мир вокруг несколько иначе. После того как он нацепит эти устройства, его надо будет научить базовому языку — системе абстракций, основанных на первичных образах, даруемых очками.
— То есть мало дать словарик и перевести на удаленку?
— Мало. Кроме проблем, которые я уже упомянул, есть еще одна. Я уже говорил, невозможно поместить внутрь простой системы более сложную. Не получится научить обезьяну квантовой физике. Первой банально не хватит ресурсов ее головного мозга.
— Какой тогда смысл? Я слышал о талантливых шимпанзе и гориллах, которые освоили человеческий язык, хотя и при помощи неких посредников — жесты, клавиши и пр. Но учить их арифметике, действительно, бесполезно и невозможно. Если я такая обезьяна, то чего ты со мной возишься? Или ты хочешь изменить мне мозги?! Чего-то очкую я, Славик!
— Коренное отличие вашего вида от обезьян — это развитое общественное сознание. Пользуясь аппаратом языка, вы разделяете общее сознание на уровень отдельных личностей. Таким образом, вы, как целое, владеете знаниями и умениями, абсолютно недоступными даже самым талантливым индивидам. Человек — в твоем случае, человек Земли, высокоорганизованный коллективный разум. И если носителем сознания личности является его головной мозг, то носителем коллективного разума является материальная культура человечества. А ее ресурсы безграничны! Такой условно мозг можно научить чему угодно. Его возможности ограничены только возможностями этой самой культуры. По расчетам создателей, даже если ее ресурса не вполне достаточно для качественного изменения сознания вашего вида, то модификацией этого самого внечеловеческого ресурса его легко скорректировать.