Боевой маг задумчиво кивнула:
— Логично, — она подняла глаза на Ной, оглянулась на застывших в стороне в напряженном ожидании подруг и добавила уже громко, так, чтобы те слышали, — слушаюсь, старшая!
Ночное купание подействовало освежающе. Во всяком случае, я смог взглянуть на ситуацию трезво. Я сейчас один — это факт. Вариантов, почему и куда ушла Ной, было множество, но все они были лишь предположениями. Ушла — значит, так было надо. До утра, до того момента, когда мои глаза смогут мне помочь, я вынужден оставаться здесь — и это тоже факт. Наконец, третий, не очень приятный факт — прохлаждаться на буе долго не получится. Верткий бочонок дарил временное ощущение безопасности, но был слишком мал, чтобы хотя бы забраться на него. А значит, рано или поздно мне придется возвращаться на плот. И там у меня простой выбор — войти в храм или сидеть, сколько смогу вытерпеть, до очередного купания. Обдумав, я быстро понял, что по большому счету никакого выбора нет. Я проделал этот путь с единственной целью — поговорить с храмом. Уже многое стало ясно, я уже успел даже подцепить какую-то неясную инопланетную хворь в виде непрошеной модернизации, но вопросов не стало меньше — напротив! Так в чем проблема? Хватит прохлаждаться, Илюша, за дело! За умными разговорами не заметишь, как утро настанет. Главное, не прозевать рассвет! Кто его знает, какие сюрпризы ждут меня с его приходом?
То, что должно было звучать ударом гонга, застало меня в момент, когда, влекомый натянутым тросом, соединявшим плот с буем, я окунулся с головой в очередную волну. По телу хлестко ударило, вода на мгновение превратилась в газировку, отказывающуюся держать меня на плаву, и, когда я благодаря тому же тросу наконец вдохнул воздух, водопад в голове помутил сознание, я рефлекторно, ошарашенный ударом, сбросил заплутавшую в теле часть жара под ноги. Вода отпустила, порыв ветра остудил разгоряченное тело, и в темноте ночи, освещаемый лишь звездным небом, я осознал, что вылетел из воды, как пробка из бутылки. Мгновение ушло, чтобы я обнаружил стремительно расширяющийся светлый квадрат подо мной — плот, и осознал тот факт, что я сейчас хлопнусь о его поверхность, подобно мокрому мешку с опилками, ломая хрупкие веточки ног и рук. Я даже зажмурился, ожидая удара, но его не последовало, ноги косо толкнула снизу деревянная палуба, я открыл глаза и, вспомнив обезьянье происхождение, опустился на четвереньки. Под плотом что-то шипело и клокотало. С запозданием я понял, что это моих рук дело, — в испуге и возбуждении я даже не заметил, что продолжил потихоньку сливать под себя часть потока. Я окончательно расслабился, и море под плотом, похоже, расслабилось тоже — исчезло клокотание, и очередная волна радостно плеснула через неплотно набранные доски палубы в мое лицо солеными брызгами. Прибыл! Целый.
— Храм?
— На этот раз ты вернулся быстро, Идущий.
— Ты можешь предупредить, когда рассветет?
— Конечно. Если ты пожелаешь, я сообщу, когда поверхность планеты рядом со мной окажется в прямой видимости звезды.
— Желаю, — что-то меня беспокоило еще, и я сообразил, — слушай, а почему ты раньше обращался ко мне на вы, а теперь перешел на ты?
— Вы не заметили. Я периодически использую обе модальности. Я считаю, что «ты» звучит в некотором контексте более дружелюбно и доверительно, «вы» же уместно, когда надо подчеркнуть формальность или весомость информации. Если вы воспринимаете это не так, прошу прощения.
— Да, нет. Говори, как хочешь. Просто почему-то я только сейчас это заметил.
— Значит, до этого я делал правильный выбор. Возможно, сейчас повлияли события, о которых у меня нет информации. Как там? Все в порядке?
— Не знаю. Непонятки какие-то. Похоже, я на какое-то время застрял над тобой.
— У меня по-прежнему есть проблема с фокусировкой. Объясните, почему невозможно зафиксироваться на моей поверхности?
— Я же говорил. Ты — на дне моря. Я — в пятнадцати метрах над тобой, болтаюсь на поверхности, валяясь на плоту. И дышать под водой я не умею, знаток биологии ты наш!
— Насколько я понял, территория вокруг не заселена?