Алёна — гений в магии, мы невероятно сильны и способны сделать даже простенькое заклинание настоящей сенсацией, а Шурик всегда добивается своих целей, какими бы несбыточными они ни казались.
Смог же он добиться расположения Скворцовой и не просто добиться, а даже получить от неё согласие стать его женой. Правда, нам всё же не хватало ещё одного человека.
— Всё же я думаю, что стоило взять Лизу с нами. Мы поступили с ней плохо, — сказала Алёна, оторвавшись от расчётов, чтобы взглянуть на то, как Дана смогла подловить Сёму и выкинуть его из воды.
— У Лизы сейчас забот выше крыши. Через два месяца у неё свадьба. И я уверен, что ей было бы с нами неловко, — обнял Алёну и поцеловал, едва не уехав в океан вместе с очередной волной.
— Я понимаю, но всё равно это плохо. Она одна из нас. Я считаю, что не стоит активировать заклинание без Лизы, когда оно будет готово.
— Могу легко доставить её на остров, когда потребуется, — появился рядом с нами Гришка.
Вынырнул из тени позади Алёны и едва не словил от неё огненной плетью. Всё же она не только внучка Каспера, но ещё и Орловой, а та, огненная бабушка.
— И вы бы это… ушли подальше отсюда, а то там Лена немного перестаралась, и сюда бегут джунгли.
— Как бегут? — удивилась Алёна.
— Очень быстро, — ответил Гришка, и песок под нами начал трястись.
Даже Сёма с Даной что-то почувствовали и с интересом уставились нам за спину. Ну и мы повернулись. Хотя не стоило этого делать. На нас реально бежали джунгли.
Глава 23
Сёма оказался на пути взбесившихся растений, деревьев и мелкой живности, принявшись раскидывать их по сторонам, чтобы защитить нас.
Самое удивительное, что его удары не останавливали этот странный и пугающий своими масштабами перформанс. Словно с острова решили свалить абсолютно все его обитатели, связанные с силой жизни. И почему-то именно в нашу сторону, выбрав прибрежную полосу длиной примерно в полкилометра.
Благо поблизости не находилось никаких построек, и это точно никак не заденет обслуживающий персонал острова.
— Мне кажется, что они очень сильно чего-то испугались и бросились спасаться бегством, — произнесла удивлённая Алёна, хотя и пыталась не показывать этого.
Всё же она находится рядом с нами уже давно и уже видела много вещей, которые не поддаются никакой логике и раньше считались невозможными.
— Даже представить не могу, чего такого могла сотворить Ленка… чтобы оживить всю растительность острова, а затем напугать её, необходимо сотворить лютую хрень.
— Ты сомневаешься, что Лена на это способна? — спросил Гришка, который всё ещё находился рядом с нами.
Мимо пробегала перепуганная зелень и бросалась в океан, продолжая двигаться даже под водой.
Через пару минут к Сёме присоединилась и Дана, но лишь для того, чтобы рассчистить дорогу Мире и Шурику. Оба тяжело дышали, были практически без одежды и хотели узнать, что случилось.
— Нам и самим бы хотелось это узнать, но пока не можем. Вот сейчас закончится этот невиданный исход всего живого с острова, и тогда услышим версию его идейного и магического основателя.
— Я не чувствую ничего плохого. Да и Ленка явно не паникует. Вообще на удивление спокойна и сосредоточена, словно продолжает заниматься чем-то очень сложным, — окутавшись красным ореолом, сказала Мира.
— Ей точно ничего не угрожает, — Гришка посмотрел вглубь острова, откуда выбегала последняя растительность, и тяжело вздохнул. — Но меня она попросила свалить и предупредить вас, если окажетесь на пути бегства живности. И проследить, чтобы никто из персонала острова не пострадал.
— Боюсь, что после случившегося персонала у нас не останется, — совершенно спокойно произнёс Шурик. Он держал кокос, упавший с одной из убегающих пальм и докатившийся до нас.
Раздался треск, и в его руках теперь были две половинки, одну из которых он бросил Гришке, а свою разломал ещё на несколько частей и предложил нам. Согласилась только Алёна.
— Отпускать персонал нельзя. Иначе у нас совсем не останется времени на работу. Поэтому я сейчас пойду разберусь с ними, возможно, даже не придётся прибегать к магии, а вы отправляйтесь и узнайте, что же такого натворила Ленка, — сказала нам Мира и двинулась в новую просеку, сотворенную её скакуном.
К этому времени поток беглецов практически иссяк, и даже Сёма уже стоял спокойно, выступая лишь в роли волнолома. Всё равно живность и растительность обтекали его с двух сторон и расходились конусом, оставляя нас в безопасной зоне.