Заодно сообщим, что Йорик и Мелли время от времени будут выходить за пределы острова, чтобы развеяться. Понятия не имею, как будет выстраиваться межмировая политика, но это меня не интересует. Пускай император занимается.
К тому же он уже знаком со Стражами. Сами они отправились в гости к Ленке. У неё родня более привычна ко всякого рода странностям, а вот мои очень далеки от этого не стоит их пугать лишний раз.
Илларион им ничего не сказал о моём возвращении, хотя сам знал об этом чуть ли не с точностью до минуты. Всё же особая связь между всадником и его смотрителем не отменялась. Да и я отправил ему магическую весточку.
Когда я оказался на пороге дома и позвонил, то услышал радостный мамин крик. Затем она выбежала и обняла меня. А после неё появился папа и, серьёзно глядя мне в глаза, заявил:
— Максим, тебе уже двадцать три года, и как пять лет ты не живёшь с нами. Когда мы с мамой увидим внуков?
Охренел даже Илларион, стоявший в дверях. От его невозмутимости не осталось и следа. Я впервые видел его таким и даже не подозревал, что смотрителя вообще можно вот так поразить. Но папе это удалось.
— Скорее всего, после того, как увидите мою невесту. Затем, жену. И только после, внуков. Исключительно в такой последовательности и никак не иначе, — ответил я, прекрасно наблюдая за тем, что папу такой ответ совершенно не устроил.
— А когда мы увидим твою невесту? Ты уже давно обещаешь познакомить нас с Алёной, и что-то мы её не видим, — мама демонстративно осмотрелась по сторонам, даже сдвинула меня в сторону, но никаких невест не обнаружила и развела руками.
— Успеете ещё. Скоро к нам приедет Пётр Дмитриевич, возможно, с императором, так что сейчас вам точно не до знакомства.
Мама всплеснула руками и умчалась в дом со словами, что она со мной точно раньше времени в могилу попадёт. Вот так и выясняется, что есть люди и поважнее сына. Правда, с папой такой трюк не прокатил.
— Илларион, подготовь всё к приёму важных гостей, а я пока с сыном пообщаюсь. Есть к нему несколько вопросов, — сказал отец.
Когда к дому подъехала ведомственная машина, я радостно подскочил и побежал открывать дверь, опередив одного из оперативников Романова. Просто папа решил взяться за меня всерьёз и всё это время рассказывал, как познакомился с мамой, как у них возникли чувства, как он решил жениться и как потом появился я.
В общем, давит на меня морально изо всех отцовских сил.
А я чего?
Я только и мог, что сидеть и поддакивать. Знакомство Алёны с родителями в планах было. Думал на свадьбе. На чьей конкретно, пока не знаю.
У кого раньше будет.
Здесь либо у Лизы Годуновой, либо у наших ребят, которые всё же смогли договориться о двойной свадьбе. Правда, они ещё не рассказали об этом родным, так что там могли возникнуть проблемы.
— Здравствуйте, Пётр Дмитриевич! Даже не представляете, как я рад вас видеть, — принялся я трясти руку главе Тайной канцелярии, даже не дав ему вылезти из машины.
Потом заглянул в салон и там действительно сидел император. Поэтому я полез здороваться и с ним. Полез прямо через Романова, но так и не смог ничего толком сделать, поскольку появилась мама и просто выдернула меня за шиворот, а потом рассыпалась в извинениях перед гостями и пригласила их в дом.
Но я успел шепнуть вновь прибывшим, что поговорим обо всём без родителей. Они не должны ничего знать. Этого оказалось достаточно, чтобы разговор пошёл о какой-то ерунде.
За весь разговор возник всего один важный вопрос. Как я и думал, император заговорил о свадьбе племянницы и пригласил моих родителей. Правда, о месте и дате пока ничего не сказал. Заявил, что это ещё определяется, и отчего-то многозначительно посмотрел на меня. Хотя совершенно непонятно, какое отношение я имею к месту и дате свадьбы Лизы и Семёна Голицина.
Примерно через час начали приходить новые гости. На этот раз Мира, Гришка и Ленка.
На них ушло ещё около часа.
Легенду для родителей мы составили заранее, ещё на острове, так что Романов и император слушали её с таким выражением лица, словно им резко стало плохо. Хотя и понимали, что рассказывать то, что случилось на самом деле, мы станем немного позже.
И это «немного позже» настало после ужина, когда мама убедилась, что все накормлены и довольны. Хотя Гришка и продолжал ещё жевать, но все уже давно привыкли и не обращали на это внимание.