— Впусти меня, — прошептал я, толкаясь широкой головкой члена в ее киску.
Нила дернулась в моих руках, когда я толкнулся вверх, проскальзывая сквозь ее возбуждение, овладевая ею так же уверенно, как она мной. Мои руки задрожали, когда она схватила меня за задницу, притягивая меня к себе.
Я не мог этого вынести. Это было слишком хорошо. Слишком интенсивно. Так, бл*дь, дико.
Я застонал, уткнувшись лицом в ее шею. Без предупреждения рванулся вверх, полностью пронзая ее своей толстой длиной.
Благодаря своей влаге она приняла без помех каждый дюйм.
— Господи, Нила.
Я прижался к ней бедрами, когда она захныкала.
— Еще. Еще!
Отчаяние в ее голосе взяло меня в заложники. Я сделал это. Я сломал ее, будучи застреленным, и заставив усомниться в моей привязанности к ней.
Я принадлежал ей целую вечность. Я бы провел остаток своей жизни, заставляя ее поверить в это.
Ее горячая влажность сжималась вокруг меня, сводя с ума. Я толкнулся сильнее.
Мы быстро перешли от занятий любовью к траху, — стараясь, изо всех сил, поглотить друг друга, движимые потребностью причинить боль, и доставить удовольствие.
Ее губы коснулись моего подбородка.
Мгновенно я приблизил свой рот к ее губам, соприкасаясь с ней, имитируя движение наших бедер.
Я застонал.
— Когда я увидел, что ты идешь к конюшне, я влюбился в тебя еще больше. — Я толкнулся сильнее. — Когда ты позволила взять то, что я хотел, когда ты позволила доставить тебе удовольствие своим ртом, я отдал тебе последний кусочек своего сердца.
Нила откинула голову назад, пот блестел на ее шее.
Я слизнул его, избегая ледяных бриллиантов.
— Такая красивая. Настолько идеальная.
Мой желудок сжался. Я сжал пальцы вокруг ее запястий, наслаждаясь быстрым биением ее пульса.
— Я никогда тебя не отпущу.
Ее глаза затуманились похотью.
— Я не знаю, кто я без тебя. — Она выгнулась, целуя меня, постанывая от моих толчков. — Я верю в тебя.
Я хотел осыпать ее поцелуями.
— Я никогда не привыкну к тому, что ты хочешь меня.
— Хочу тебя? — Ее глаза вспыхнули. — Джетро, я — это ты. Без тебя я не полноценный человек.
Я вздрогнул, когда ее слова сжали мое сердце.
— Бл*дь, Нила.
Прижав ее ближе, погрузился глубже.
Она застонала, ее внутренние мышцы напряглись.
— Черт, это так хорошо.
Нила закрыла глаза, прижимаясь грудью ко мне, напоминая мне, что мы все еще одеты, все еще заперты от полной свободы.
— Ты так глубоко.
— Я могу войти глубже.
Она застонала, когда я начал трахать ее быстрее. Мой бок болел с каждым толчком, но оргазм закручивался спиралью. Мои яйца вспыхнули, и восхитительное нарастающее давление в основании позвоночника сжало мою челюсть.
— Я, бл*дь, так сильно хочу кончить.
— Тогда кончай.
— Я хочу кончить на тебя, в твою киску, в твой рот. Я хочу тебя всеми возможными способами. Я хочу от тебя всего.
— Я тоже этого хочу.
— Я хочу, чтобы ты была на спине, на коленях, на животе, прислонившаяся к стене, везде. Я мог бы трахать тебя всю оставшуюся жизнь, и все равно этого не было бы достаточно.
Я целовал ее, посасывая ее язык, превращая каждый шепот и прикосновение в заряд эротической страсти.
— Боже, я близко.
Нила ответила на мой поцелуй, влажный и страстный — ее губы кружили, снова похищая мою душу. Ее бедра сжимали мои бедра, заключая меня в тюрьму, пока я входил в нее снова и снова.
— Я кончаю… Боже, я кончаю.
Я толкнулся сильнее, отдаваясь блаженству и звездам.
— Кончай. Бл*дь, я хочу, чтобы ты кончила.
— Кончи со мной.
— Это было бы моим гребаным удовольствием.
Все остальное не имело значения. Ничего, кроме блаженства и единения.
Мы сдались.
Наши движения стали дикими, стремясь к одной цели, пожирая друг друга в порыве греха.
— Трахни меня. О, Кайт. Люби меня. Трахни меня. Наполни меня.
Я больше не мог держаться. Зарывшись коленями в сено, я дал ей то, что она хотела. Жил в ее просьбах и трахал быстрее, пока раскаленная боль не пронзила мой организм.
Я погрузился в нее, наши стоны заглушали звуки траха.
Ее тело напряглось.
Я качнулся сильнее, создавая трение о ее клитор. Мои яйца ударились об изгиб ее задницы, сено покалывало, как крошечные иглы. Наши тела сражались друг с другом… идеальный выход для бурных эмоций.
Я толкался снова, и снова, и снова.
— Бл*дь, я кончаю.
Ее спина выгнулась, ее сердцевина сжалась, мне не хотелось больше нигде быть.