Он рассмеялся.
― Чертовски сильная женщина, да? ― Его глаза потемнели. ― Держу пари, ты хотела бы быть хотя бы наполовину такой же сильной, как она.
Он был прав. Эмоциональное и физическое состояние последних нескольких недель оставляло желать лучшего. Я позволила им сломить меня. Я сломлена, если не сказать разрушена.
Я слаба.
Знание того, что я происходила из такой ужасной родословной, делало меня виноватой в нашем богатстве и успехе. Наше процветание было построено на нищете других, точно так же, как корона и церковь терроризировали свой народ, дворяне ― низший класс. Это было неправильно, но тогда было другое время. Развращенная власть и свобода для пыток.
Я не должна платить за их грехи. Никто не должен. Это было развитие от варварства к лучшему.
Дэниель усмехнулся.
― Каковы основные материнские инстинкты? Что необходимо для защиты детей?
Я поджала губы. Мои глаза были прикованы к Вону.
Защищать от людей, которые хотят причинить им вред. Так же, как я буду защищать Ви от вас.
Дэниель продолжил:
― Мы все знаем, что предназначение матери ― жертвовать собой ради своих детей. Давай посмотрим, сможешь ли ты быть самоотверженной ради своего брата. Он сунул кость мне в лицо. ― Это необычная кость. Никаких чисел. Видишь?
Я вздрогнула.
― Только два цвета. Красный и черный. Хочешь знать, что означают эти цвета?
Господи, пожалуйста, пусть это закончится.
― Красный цвет означает кровь ― это плата, которую тебе придется заплатить, чтобы твой брат избежал наказания за тебя, ― он усмехнулся. ― А черный ― психологический ― для принятия сложных решений, где нет правильного ответа, а лишь гамма дерьма.
― Закругляйся, Дэн, ― сказал Кат. ― Давай покончим с этим.
Дэниель кивнул.
― Хорошо. ― Он перебросил игральную кость с ладони на ладонь. ― Каким должно быть твоё первое испытание, Уивер? Что-то простое или сложное?
Вон рьяно боролся с Маркизом.
Я игнорировала его. Речь не о нем. Я пыталась защитить его. Хоуки знали, что я выполню любое задание, неважно, какое. Это не выбор, а необходимость. Справиться с болью возможно, смотреть, как мой близнец проходит через это… невообразимо.
Потирая подбородок, Дэниель пробормотал:
― Я думаю, что первый бросок мой…
Встряхнув кость, он выпустил ее. Пластик отскочил от толстого ковра и остановился на чёрном.
Черный… психологическое.
Я напряглась, когда его лицо озарила новая идея, злобно глядя на Вона, он сказал:
― У тебя два варианта, Нила. Первый, ты остаёшься на месте и смотришь, как Маркиз наносит два удара в живот твоему брату. Или…
Я выступила вперёд.
― Или что?
― Или… делай то, что наша родоначальница должна была делать каждую ночь. Она должна была трахать своего работодателя.
В животе все перевернулось от отвращения. Во рту пересохло от ужаса.
― Я… Я… Нет.
Дэниель схватил свой член.
― Сможешь трахнуть меня за Третий долг. Можешь привыкать к этому, сука.
Меня затошнило.
Вон извивался и стонал в своих оковах.
Видения того, как я добровольно подчиняюсь Дэниелю на глазах моего брата, вызывали слёзы. Я не могла… не могла?
Невероятно, но Бонни пришла мне на помощь.
― Я не буду смотреть как кто-то спаривается. Поцелуй его, мисс Уивер. Остальное оставь для комнаты, в которой не будет меня.
Мое сердце забилось, словно испуганный кролик.
Дэниель оскалил губы.
― Не отменяй мои требования. Я заставлю ее делать все, что, бл*дь, захочу.
Кат скрестил руки на груди.
― Не сегодня. Ты получишь ее. И это будет гораздо лучше, чем быстрый трах на полу. ― Приблизился ко мне, его глаза засветились тайным светом. ― Мы будем там, где тебя никто не тронет. И ты будешь делать все, что мы скажем.
Вон боролся изо всех сил, когда Кат запечатлел мимолетный поцелуй на моих губах.
― А теперь иди и поцелуй моего сына, чтобы твой брат не был избит, и тогда мы сможем двигаться дальше.
Дэниель заворчал:
― Хорошо, поцелуй меня, шлюха. Но я хочу не просто поцелуй, а что-то, что заставит меня поверить, что ты хочешь этого.
Ви дернулся в захвате Маркиза, стон в его груди говорил о том, что он готов принять наказание. Неужели он не видит? Я не смогу жить с этим, если не избавлю его от большей боли.
Поцелуй ― это ничто. На поцелуй я способна.
Небольшая плата за благополучие моего брата.