Дэниель усмехнулся.
― Красный, да? Боль… ― Его взгляд скользнул к столу, на котором лежала «Груша Страданий»
Боже, нет!
Подойдя к столу, он достал ужасно выглядящее устройство из-под чёрной ткани.
― Это подойдёт.
Я задрожала, когда он подошёл ко мне, размахивая оборудованием для пыток, точно так же, как Кат «Маской Позора»
― Это должно быть болезненно.
Я уставилась на кожаный ошейник и длинный металлический прут спереди. На каждом конце было два острых зубца.
― Знаешь, что это такое?
Снова этот проклятый вопрос.
К сожалению, в этот раз я знала ответ.
― Это «Вилка Еретика»
Это был особняк гребаного Тауэра в Лондоне? (прим. пер.: Тауэр ― одна из главных достопримечательностей Великобритании, в течение девяти веков королевский Замок Тауэр был мрачным символом жестокого судейства, тюремного заключения, пыток и казней). Где они хранят эти варварские устройства?
― Умная девочка. ― Дэниель усмехнулся. ― И ты знаешь, как это работает?
Я совершила ошибку, посмотрев на Вона. Из-за кляпа по его подбородку текла слюна. Глаза сияли от горя.
Я отвернулась.
― Это привязывали к горлу обвиняемого, и вилка заставляет человека держать высоко голову, чтобы зубцы не впились в грудь и горло.
Бонни улыбнулась.
― Наконец-то ты проявила хоть какие-то способности, мисс Уивер. ― Склонив голову набок, она приказала: ― Пристегни его к ней, Дэниель.
― С удовольствием. ― Поток безумия, который инфицировал Ката, светился в глазах Дэниеля, когда он двигался позади меня. Его холодные руки откинули мои волосы назад, когда он поднёс эту ужасную штуку к моему подбородку. ― Подними голову.
Глаза защипало от слез, подняв подбородок, уставилась в потолок. Пытаясь отвлечься, я смотрела на квадратные деревянные панели, когда вилка обвилась вокруг моего горла и бриллиантового ошейника.
Моя шея выгнулась, защищая нежную кожу от ранения. У меня заболели зубы от того, что я их сильно сжала, а голова раскалывалась от быстро распространяющейся боли.
Ты снова терпишь неудачу. Не сдавайся.
Я сморгнула слезы, выпрямляя спину, как будто это могло придать мне смелости.
Ты сломлена. Они побеждают.
Хотела бы я избавить свой разум от подобных мук. Хоуки сделали достаточно, чтобы я вышла из строя.
Как только пряжка была надежно закреплена, Дэниель осмотрел свою работу.
― Ты выглядишь весьма величественно. Думаю, я не смогу заставить тебя отсосать мне в этом раунде, иначе ты можешь убить себя, всасывая. ― Он засмеялся над своей безвкусной шуткой.
Вон застонал позади меня, но я не оглянулась.
Я позволила своему зрению расфокусироваться, предоставляя небольшую отсрочку исполняемому приговору.
Пожалуйста, пусть это поскорее закончится.
Шлёпнув меня по заднице, Дэниель приказал:
― Пройди несколько кругов. Покажите мне, как хорошо ты двигаешься с высоко поднятой головой и связанными запястьями.
Мое сердце тяжело забилось, когда мой злейший враг явился во плоти.
Нет, только не сейчас!
Комната вращалась от головокружения. Тошнота затуманила голову, и я потеряла чувство равновесия.
Не упади!
Я бы убила себя.
Застонав, я сделала все возможное, чтобы выровняться.
Это не помогло.
Комната погрузилась во тьму; я споткнулась, падая, падая.
Кто-то закричал:
― Держи ее!
Руки обернулись вокруг моего тела, когда я начала падать. Резко остановившись, я повисла в ненавистных объятиях, пока мир вокруг кружился и вращался. Медленно угнетающая тьма сменилась на оранжевый кабинет.
С трудом сглотнув, я пыталась избавиться от приступа.
― Я… Я в порядке.
Дэниель поставил меня на ноги.
― Жаждешь, бл*дь, смерти, Уивер?
Я хотела прояснить голову, но не получалось. Дрожа, застыла на месте, страдая клаустрофобией. Моя шея напряжена до предела, до боли.
― Опять упадёшь в обморок?
Я успокоила дыхание.
― Я не падала в обморок. Это головокружение, идиот.
― Она страдает им с тех пор, как приехала, ― сказал Кат. ― Три круга, мисс Уивер. Пройди через это, и мы уберём вилку.
Три круга. Три жизни.
― Можешь развязать мне руки?
― Нет. ― Дэниель толкнул меня вперёд. ― Давай, будь хорошей гарцующей лошадкой и покажи нам, на что ты способна.
Мои колени дрожали, но я двинулась вперёд. Я недостаточно хорошо знала комнату, чтобы избежать пуфиков и маленьких журнальных столиков. Я не видела, куда иду. Я была практически слепа.