Он не этого хотел, отбиваясь от вооруженного конвоя и разъяренных постояльцев корабля. Крамб хотел, чтобы его убили. Именно в тот момент он смог осознать, что его грехи никогда не забудутся, а он сам будет вечной мишенью для мстительной пули. Задевшие по касательной датчики тока пустили разряд в крепкое тело и сходу повалили мужчину на пол, боль усилилась стократно, когда по ребрам прошлись удары чужих ног. В этом гвалде криков и звуков драки Дэннис слышал её дыхание. Сквозившее облегчением и, возможно, радостью. Глаза Кейси светились багровым огнём.
Вспоминая, как он отключился, утопая в бездне её зрачков, мужчина закинул голову и закусил губу. Дэннис больше не видел Кук и не знал, жива ли она вообще. Сердце подсказывало, что она жива. Но холодный разум противоречил, напоминал, что Кук по всем правилам должна была отправиться следом за Крамбом, чтобы до конца жизни латать прорехи корабля на нижней палубе. А раз девчонки здесь нет, значит её давно уже убили или отправили в карцер на пожизненный срок.
- Не спать! - голос конвоира беспощадно выдернул доктора из глубин памяти. Нацеленное в голову мужчины оружие так и кричало, что нужно подниматься и продолжать. И Дэннис поднялся. И продолжил. А что ему остаётся…?
Где-то на задворках души ещё тлел огонёк надежды, что всё в любой момент может измениться, ведь Дэннис больше не держит свою жизнь под контролем, полагаясь на волю случая и жажду снова взглянуть в ставшие наваждением шоколадные глаза.
***
После многодневного суда над девушкой капитан корабля решил проявить снисхождение и не упекать Кейси на нижнюю палубу. Крепкий на вид старик решил, что она уже получила своё, протомившись в плену у маньяка и в карцере для особо опасных пассажиров. Разумеется, вернуться в медицинский блок Кук не позволили, поэтому ей пришлось снова отправиться в детскую секцию, чтобы помогать самым маленьким постояльцам и стать для них фактически нянькой. Кейси не привыкать, она столько раз оставалась в окружении непоседливых малышей и точно знала, чем их можно развлечь. В просторной каюте, отведённой под надзор, редко бывали конвоиры и другие рабы, малое количество колюче-любопытных взглядов вполне себе расслабляло. Все без исключения теперь знали, кто она и за что была осуждена. Спала Кейси там же, на узкой кушетке в уголке помещения, чтобы было удобнее по ночам дежурить; вдруг из какой нибудь кроватки раздастся надрывный плач.
Такой ритм существования устроил бы любого, если бы не одна загвоздка. Время неумолимо неслось вперед, и рано или поздно Кейси скрутят в узел, вколят ей снотворное и отправят на органы. То, как из неё вынимают легкие или сердце, снилось Кейси каждую ночь. Поэтому в тайне от всех она снова начала прорабатывать план побега.
- Лучше умереть, но все-таки попытаться, - монотонно беседовала она с неспящим малышом, который едва начал говорить и чаще просто мычал в ответ. - Тебе бы тоже не хотелось, чтоб тебя распотрошили и сожгли.
Огромные голубые глазки на миг сосредоточились на лице няни, и детский взгляд стал необыкновенно осмысленным и понимающим. На дне светлой радужки Кейси увидела свеже-забытый холод и вздохнула.
- Не спрашивай ничего, - Кук потормошила светлую макушку и покачала ребёнка на коленях. - Не хочу о нём говорить.
Слушая тихое сопение крохотного носа, девчонка откинула голову и прикрыла глаза, чтобы сквозь черноту сомкнутых век снова вернуться в свою прошлую жизнь, где нет стен, нет космоса, нет Дэнниса. И привязанности к нему.
Комментарий к XXI.
“Пора бы уже заканчивать, а я всё тяну кота за яйца”… ну не могу я бросить своих героев, не доводя историю до логического завершения.
Всех люблю, всех целую и жду отзывов и предложений/предположений.
Не проверено, не бечено, писала по наитию.
========== XXII. ==========
***
Кровь струйкой стекает по кафельной пластине, когда Дэнниса укладывают на пол. Столпившиеся над ним узники, сжимая кулаки, осматривали его истощенное побитое тело и с каждой секундой улыбались шире. Показывали, насколько сильно удовлетворены. Девушки, парни, женщины и мужчины постарше, осознавшие и узнавшие в лице бритого наголо человека того самого врача из центра транспортировки не смогли удержать свой гнев. Присутствие конвоя поблизости никого не остановило. Имевший достаточный опыт, набранный ещё в интернатуре, Дэннис сразу понял, что у него как минимум переломы рёбер и ключицы. С этого момента он не жилец, как и предсказывал ещё в первые дни. Путь с нижней палубы хоть куда-нибудь ему теперь заказан.
Тоска плотным комком угнездилась где-то под сломанными костями, и мужчина зажмурился, корчась от боли и желания поскорее отключиться. Когда Дэнниса начали поднимать на ноги требовательные руки охранников, он балансировал где-то на грани другой реальности, в которой он находился дома, согреваемый прикосновениями тонких юных пальцев. Шоколадная радужка по-прежнему полыхала опасным огнём, но было как-то наплевать. Кейси хотя бы в его сонном бреду была рядом, и не хотелось отпускать эту иллюзию. Не хотелось что-то менять и меняться местами. Мирные объятия впервые были для Крамба желаннее мгновений насильного обладания.
Очередное падение вниз прошило плечо и руку будто железным прутом. Так хотелось зажать рот, чтоб не заорать, но Дэннису не хватило сил. Конвой с удовольствием выслушал отборный мат, а потом и жалобный скулеж.
- Ну и куда его? В яме оставить?
- А почему нет? Сдохнет, и дело с концом.
Оставшийся в одиночестве в клетке, собрав последние крупицы воли, Крамб подполз к решётке и облокотился на неё спиной. Вряд ли кто-то захочет ему помочь, так что рассчитывать придётся только на себя. Пробираемые болезненным покалыванием пальцы еле расстегнули пряжку ремня и вытянули его из шлёвок. Чтоб не тешить других своими воплями, Дэннис зажал ремень зубами и принялся стаскивать с себя форменную робу, пропитанную потом и кровью, но всё же уцелевшую.
- Господи, - шипит он сквозь прикусанную полоску искусственной кожи. - Сука…!
Стараясь больше не тревожить сломанные кости, мужчина начал рвать ткань зубами, придерживая неповрежденной рукой. Ему таки удалось соорудить нечто подобное фиксатору и замотать руку максимально плотно. Всё это он делал, находясь под пристальным наблюдением соседей по решёткам, которые сверлили его глазами со злостью и досадой. Не всем выпал шанс разобраться с одним из лучших земных палачей Корпорации. Дэннис даже обрадовался, что его закрыли в камеру; так до него хотя бы не доберутся, чтоб окончательно добить. Нужно было набраться терпения и дождаться отбоя, а там, мало ли, - вдруг вторая смена конвоя окажется сговорчивой и выпустит его в санчасть, пока остальные спят.
***
Если смотреть на колонию Четвёртый мир из иллюминатора подлетающего шаттла, можно подумать, что эта громадина парит в космосе уже сотни лет, а из выживших там остались только крысы, снующие по вентиляции в поисках безвременно утраченного отсека с едой. Вот и сейчас, хотя уже изнутри, корабль казался полностью вымершим. Устроенная Кейси чрезвычайная ситуация уже по известному ей сценарию спровоцировала полную эвакуацию. Заперевшись в запасном стыковочном шлюзе, девчонка переждала всеобщую панику, натянула не по размеру большой костюм с кислородным баллоном и через сеть вентиляции пробралась к нижней палубе, в сторону тесной комнатки, куда сгоняли неспособных эвакуироваться рабов. Сетчатые люки внизу открывали обзор на жуткое зрелище - забытых в коридоре людей, которых изуродовало в вакууме, как овощи в старом упаковочном аппарате. Кейси чуть не стошнило, но она выдержала, ведь была опасность захлебнуться собственной рвотой в герметичной маске. Глотнув побольше кислорода, девушка поползла дальше по тоннелям в самый низ корабля, надеясь, что Дэннис всё таки выжил среди обезумевшего от вечного труда зверья. Ей нужно было его вытащить и забрать. Забрать домой. Многие ночи посиделок с маленькими детьми не утихомирили тяги к этому психу, чёрт бы его побрал. Пусть он хотел бросить Кейси, пусть мучил и делал больно. Но в конечном итоге Кук до сих пор жива только благодаря ему, и тешить себя мыслями об обратном сил уже просто не было.