Опять же подобрали удачный самолёт для атак по мостам. Р-5 в варианте торпедоносца. Представляете - дальность тысяча двести километров, причем с бомбой пятисоткой. Такой в первую ночь добирается до площадки в тылу врага и сидит там, пока диверсанты не подготовят правильную цель. А уж потом его наводят, в нужный момент подсвечивают мост и устраивают наземный тарарам для зенитчиков. Хотя, бывает и без тарарама - это от условий зависит. Если, скажем, подобрался незаметно, то просто втихаря бросает свой груз на опору, да и смывается сразу домой. Ему ни заправки не нужно, ни бомбы - всё с собой.
Про минирование путей - ничего нового. Только то, что работает сейчас примерно пятнадцать групп на почти постоянной основе. Сильно отвлекают немцев, да и потери наносят заметные. Про них бают, что стажёры пионерские. Андрей сказал - награждать их будет специальным орденом за персональную трусость. Шучу, шучу. Они почти всё время только и делают, что удирают и прячутся. Изредка выберутся на полотно да пару-тройку мин поставят. И опять тикают. Ну, в точности, как вы.
- Ты карту привёз, балабол? - останавливаю я его. - Или мне анализировать данные из британских источников?
- Вот, - Володя охотно раскладывает на скамейке широкий лист.
- Ага, - делаю умное лицо. - Прикинь, вот тут на севере около Ржева фашист явно проведёт хорошо подготовленную оборонительную операцию, чтобы перемолоть нашу живую силу. Понятно же, что советские полководцы станут прорываться к Ленинграду, а именно отсюда исходит главная угроза столь важной для нас коммуникации.
А вот здесь, от Харькова и южнее, он нас подловит на наступательном порыве и сам ломанёт прямиком в сторону Кавказа.
- А Севастополь? - возмутился Володя.
- Отдадим, - вдохнул я.
- А по морде? - навис он надо мной угрожающе.
- Да хоть бы и по морде - от меня тут ничего не зависит. Думаешь, мне Севастополь не жалко отдавать? Всего через год после начала войны.
- Андрей огорчится, - теперь уже вздохнул Володя. - Ему об этом наверх докладывать, а за подобные прогнозы... И откуда ты такой уверенный? Хотя, всё, чего ты до сих пор нашлёпал - сбылось.
- А тебя разве во внешнюю разведку перевели? - вдруг сменила тему Ольга.
- Нет, так и работаю в четвёртом. Но нужен был с одной стороны, кто-то незасвеченный, а с другой - чтобы имело место личное знакомство. Там опять вокруг вас танцы с бубнами, особенно, после того как фрицев крепко потрепали под Клином. Это ведь по твоей наводке, - косой взгляд на меня.
- А я не виноват, что мой прогноз совпал с оценкой командования, - пришлось делать обиженное лицо.
Мы еще пораспрашивали Володю о Фимке, о Мишке, о Тамаре Михайловне. Про "старшину" нам ничего не ответили, а остальные живы и продолжают работать. Причём Фимка со своими бойцами (сам четвёртый) провел уникальную по коварству операцию, в четвёртый раз обрушив всё тот же самый мост. Один боец с пулемётом обстрелял с противоположного берега огневые позиции зенитной батареи. Второй по другой батарее выпустил одиннадцать миномётных мин - он, конечно, не один всё это притащил, но в нужный момент пулемётчик и наводчики оставили его, чтобы сделать свою работу.
Летящему во тьме ночной Р-5 двумя ракетами накрест указали цель, и отработали из пулемёта и миномёта, вызвав буквально минутную заминку среди артиллерийских расчётов. Опытному лётчику как раз хватило времени, чтобы положить полутонную бомбу в верхнюю часть одной из опор. Туда, где сошлись два ферменных пролёта. А потом в миномётный ствол пошла граната, и было стремительное бегство - четверо в разные стороны. Утекли все.
Про Лючикина Володя просто ничего не знал.
***
В съёмном доме нас дожидалась посылка - два дыхательных аппарата для подводных погружений и по три запасных баллончика с кислородом для каждого. Груз изрядный, к тому же он запоздал. Хорхе, а он тоже тут квартирует, с интересом наблюдал за тем, как мы проверяли это не такое уж простое оборудование, как старательно его упаковали:
- Мы любим нырять и купаться, - ответил я на незаданный вопрос. - А у берегов Америки лежит на дне куча галеонов, груженных золотом и серебром. Вот, случится свободная минутка - поныряем.
- А, может, у вас и карта есть? С пометками кладов?
- Нету пока, но, если имеешь, что сообщить - возьмём тебя в долю. Нам не столько результат важен, сколько процесс - это ведь так романтично - искать сокровища. Только ты не торопись об этом рассказывать направо и налево, а то нехорошие люди отберут у нас эти замечательные дыхательные аппараты. Их сейчас очень трудно достать.
Собственно, на этом день благополучно завершился - у нас завтра полёт. Нужно выспаться.
Глава 17. Негромкий звук из тьмы ночной
Как раз после возвращения домой с утра - воскресенье - день отсыпки, ну и Ольга обычно в этот день баловала меня своим вниманием. Ничего активного в планах не было - наесться и поспать. То есть приготовление вкуснятины с последующим мытьём посуды. Да, жевать мы могли с утра до вечера, если не считать некоторой физической активности.
Всё испортил, как всегда, дедушка. Вытряхнул нас из люли и потащил на аэродром, где похвастался покупкой - новеньким самолётом, который я бы запросто принял за У-2.
- Не, ну ты просто Иван-дурак какой-то, - причитал он, радостно размахивая руками. - У тебя под боком отличный авиазавод, имеются неплохие деньги, а ты сидишь, повесив нос, и только внучку мне развращаешь.
Про развращение внучки я не стал разворачивать тему - мне вообще-то с ней не всегда удобно, потому что с дедом, если по правде, мы в близких годах. Просто тело мне досталось молодое. Так что Олины родители - примерно в уровень моих же детей, а сама она по возрасту ровесница внуков. Но не могу же я этого сказать! Вот и... но уж, как взыграет ретивое - так да. Наверно, от этого в глазах ненаглядной выгляжу я робким и стеснительным. Не мачо, одним словом.
Так про самолёт. Это оказался "Фокке-Вульф-44". Учебный биплан чуточку меньше нашего У-2. Чисто учебная машина, которая кроме курсанта и учлёта способна поднять в воздух лишь горючее километров на семьсот. Она легче, мотор мощнее и летит шибче - вот и вся разница. Груза на ней особо не увезёшь. И на что он нам сдался?
- Ты не понял, недоросль? Его как раз делают на этом самом заводе ФМА, что в городе Кордобе. И ещё там же строят американские истребители "Кёртис Хоук". Вот, смотри фотографию.
Поглядел я на фото - да, истребитель. Что бы я в них понимал! Пожал плечами.
- Американский истребитель, - продолжил втолковывать мне дед. - Со всеми положенными дюймовыми резьбами. Причем не фанерный, а цельнометаллический. То есть на этом предприятии без особого напряжения и "Лоудстары" сделают - им только чертежи подавай.
- Э-э-э, - начал соображать я. - "Лоудстары" для нас, "Вентуры" для американцев. При том, что отличие только в оборудовании салона. Так что? Покроем авиалиниями весь земной шар?
- Вот именно! - воскликнул дедушка. - И для этого немедленно начнем подготовку персонала - дело потребуется расширять, а кадры решают всё.
- Планирование в условиях неограниченных ресурсов? - протянул я недоверчиво.
- Средства найдутся. И "Локхид" заинтересован, потому что на них давят ихние же военные. И в Бунос-Айресе деловые люди за нас переживают. Опять же прибыльность выходит нескромная. Ты мне давай летные вопросы закрой, а деньги я и без тебя сосчитаю.
***
Вместо затишья в нашей жизни начались новые хлопоты. Сначала пришлось взять в обкатку второго пилота. Опытного и искусного, в самом расцвете сил. Со своими обязанностями он справлялся замечательно, но обслуживать пассажиров отказался наотрез. Правда, нам с Олей это жизнь заметно облегчило. На обратном пути я этого мачо продержал всю дорогу в кресле второго пилота - взлёт и посадку провела Ольга, а потом мы с ней привычно менялись.