1. Главная
  2. Книги
  3. Высоцкий Владимир Семенович
  4. Четыре четверти пути (сборник)
  5. Страница 63
Выбрать главу
Но мне хочется верить, что это не так, Что сжигать корабли скоро выйдет из моды. Я, конечно, вернусь — весь в друзьях и в делах, — Я, конечно, спою, Я, конечно, спою — не пройдет и полгода.
Я, конечно, вернусь — весь в друзьях и в мечтах, Я, конечно,  — спою, Я, конечно, спою — не пройдет и полгода.

1967

Прыжки и гримасы судьбы

Я очень много занимался спортом, когда был помоложе, — занимался просто так, — боксом, акробатикой, — да многими всякими видами спорта… Потом, уже когда стал актером, я стал заниматься спортом для сцены — потому что у нас в театре приходится делать всякие акробатические номера: у нас театр синтетический.

И еще я стал заниматься спортом в связи с песнями. Очень серьезно отношусь к спортивным проблемам и пою песни о спорте. Чаще всего это песни шуточные. Но, по-моему, все мои спортивные песни имеют отношение и к спорту, и не к спорту: в каждой спортивной песне существует своя драматургия. Потому что сам спорт дает большие возможности для нее: один хочет выиграть — и другой хочет выиграть. Боксеры, например, они друг друга бьют просто — тут все ясно; команды играют — каждая хочет победить и не хочет проиграть. А это уже парадокс — потому что выиграть может только один. Значит, у них существует настоящее столкновение — это и есть самая натуральная драматургия. Потому что драматургия это же ведь и есть — столкновение.

Я задумал написать такую большую серию спортивных песен — целый цикл. Чтобы это была; скажем, программа из двух отделений: ну, к примеру, первое отделение — легкая атлетика, а второе — предположим, спортивные игры. У меня несколько есть идей таких, которые я должен выполнить: например, написать песни обо всех профессиях… Но это я никогда не напишу, потому что они все время появляются новые и новые, а виды спорта не так быстро новые появляются. Судя по «Спортлото», их — 49. Ну, и значит, примерно должно быть 49 песен — чтобы охватить все виды спорта. Поэтому задача большая — на две программы хватит. Дела в этом направлении продвигаются, конечно, но — туго. Если я к концу жизни выполню эту задачу — можно умирать спокойно. Но кое-что у меня уже есть…

Песня о конькобежце на короткие дистанции, которого заставили бежать на длинную

А он очень не хотел

Десять тысяч — и всего один забег остался. В это время наш Бескудников Олег зазнался: Я, говорит, болен, бюллетеню, нету сил — и сгинул. Вот наш тренер мне тогда и предложил: беги, мол.
Я ж на длинной на дистанции помру — не охну,— Пробегу, быть может, только первый круг — и сдохну! Но сурово эдак тренер мне: мол, надо, Федя, Главно дело — чтобы воля, говорит, была к победе.
Воля волей, если сил невпроворот, — а я увлекся: Я на десять тыщ рванул, как на пятьсот, — и спекся! Подвела меня — ведь я предупреждал! — дыхалка: Пробежал всего два круга — и упал. А жалко!
И наш тренер, экс- и вице-чемпион ОРУДа, Не пускать меня велел на стадион — иуда! Ведь вчера мы только брали с ним с тоски по банке — А сегодня он кричит: «Меняй коньки на санки!»
Жалко тренера — он тренер неплохой, — ну бог с ним! Я ведь нынче занимаюся борьбой и боксом,— Не имею больше я на счет на свой сомнений: Все вдруг стали очень вежливы со мной, и — тренер.

1966

Песня о сентиментальном боксере

Вторая серия предыдущей песни — про того же человека, когда он стал боксером. Это самая быстрая моя песня — я иногда сам даже не очень соображаю, в чем там дело.

Удар, удар… Еще удар… Опять удар — и вот Борис Буткеев (Краснодар) Проводит апперкот.
Вот он прижал меня в углу, Вот я едва ушел… Вот апперкот — я на полу, И мне нехорошо!
И думал Буткеев, мне челюсть кроша: И жить хорошо, и жизнь хороша!
При счете семь я все лежу — Рыдают землячки. Встаю, ныряю, ухожу — И мне идут очки.
Неправда, будто бы к концу Я силы берегу, — Бить человека по лицу Я с детства не могу.
Но думал Буткеев, мне ребра круша: И жить хорошо, и жизнь хороша!
В трибунах свист, в трибунах вой: — Ату его, он трус! — Буткеев лезет в ближний бой — А я к канатам жмусь.
Но он пролез — он сибиряк,— Настырные они — И я сказал ему: «Чудак! Устал ведь — отдохни!»
Но он не услышал — он думал, дыша, Что жить хорошо и жизнь хороша!
А он все бьет — здоровый, черт,— Я вижу — быть беде. Ведь бокс не драка — это спорт Отважных и т. д.
Вот он ударил — раз, два, три — И… сам лишился сил,— Мне руку поднял рефери, Которой я не бил.
Лежал он и думал, что жизнь хороша. Кому хороша, а кому — ни шиша.

1966

Профессионалы

Эту песню я написал после игры СССР — Канада в хоккей, когда наши в пятый раз стали чемпионами мира. А за основу взята только одна — самая ответственная игра. Счет был 2:1 в нашу пользу, все волновались, переживали… Дело в том, что все беспокоились перед началом игры: как это выдержат наши — в канадской команде несколько профессиональных игроков, и все они здорово владеют силовыми приемами, и они обязательно наших всех побьют. Ну, как выяснилось, наши игроки тоже умеют это делать, и не хуже. В общем, там помимо хорошего хоккея была и драка настоящая. И один из профессионалов, Бревер его фамилия, ходил весь третий период заклеенный двумя пластырями. Мне рассказывали хоккеисты, что там был один такой случай, когда какого-то игрока кто-то так принял на силовой прием, что он упал и потерял сознание. Его подняли и прижали к бортику, пока он очухался. А канадцев перед этим пастор водил молиться, — но они все равно проиграли. В общем, такая игра была — серьезная и трагическая.

Я нервничал около телевизора, — телевизор был чужой — нельзя было разбить. В общем, много было расстройств, и вся эта энергия вылилась вот в такую песню, которая посвящена нашим ребятам, выигравшим первенство мира.

Эта песня — она сейчас любимая песня у наших хоккеистов. Я встречался с ними перед их выездами на ответственные соревнования, они всегда просят петь эту песню и даже возят с собой пленку — для того, чтобы поднять боевой дух. И если хотя бы один процент или полпроцента есть моей заслуги в их победе — я просто счастлив.

А «пять» можно поменять на «семь», потому что они и в седьмой раз выиграли первенство мира — и тогда песня становится как будто бы новая. (1967–1972)

Профессионалам — зарплата навалом, — Плевать, что на лед они зубы плюют. Им платят деньжищи — огромные тыщи, — И даже за проигрыш, и за ничью.
~ 63 ~