Пока военачальник находился в себе, Виман ждал подъёма какого-либо из командных Вайтманов с Нуны, чтобы пристыковаться. Многим хуже было опекаемой ящерами нации великого Дракона. Их втянули в войну, и теперь началось массовое отступление. При этом Аримия не могла помочь в эвакуации, а ведь многие точки соприкосновения армий находились недалеко от столицы Бореи, не говоря уже о других местах потенциального падения кусков Нуны.
Атма Дроды продолжала поступать на Лейлу в полной мере, совершенно не сбавляя обороты, давно дойдя до критичной точки и уже растеряв часть, но остатка более чем хватало на задуманное Орталеоном. Всю поверхность Лейлы, каждый её кратер заполнила мана Дроды и колоний, целый океан самого насыщенного — жидкого потока, в чистом его виде, двустороннем, как весь наш мир. Внутреннее течение, волны, пена, бурление, всплески, своя жизнь разного цвета и плотности. Огромная масса энергий, сходящаяся в полноценные реки, перемешенные между собой. Атма была не только сверху, она заполнила внутренние моря, хранилища, туннели и отстойные каналы, весь спутник представлял собой механизм, походящий на пустой муравейник. Атма не залила только старый порт Асов, восстановленный и укреплённый ящерами на скорую руку.
Древнее сооружение поражало масштабами. Порт занимал почти половину обратной стороны спутника, самое высокое плато, бесчисленные сваи, блоки, балки и перегородки, удерживающие в подвесном виде крепчайшую ровную площадку невероятных размеров. На этой парковке для Вайтманов стояло множество ангаров, башен и пушек, а под ней изолированные коридоры для перемещения по базе без скафандра. Также под поверхностью расположилось самое важное — жилая зона, оружейная и огромные генераторы вместе с опорами, производящие внутреннюю атмосферу на всём объекте путём химического создания кислорода в невероятных объёмах и его ежесекундного распространения по системе вентиляции.
Пушки и Вайтманы драконов разрядили в два корабля Асов тонны промышленно-боевой атмы и торпед, истощили щиты, но так их и не сбили.
Информация, полученная капитанами ящеров от генерала, была воспринята разнообразно. Были те, кто продолжал обстрел, но в основном, драконы ринулись прочь от бомбы замедленного действия. Это отступление выглядело беспорядочно, ощущались паника и суета. Многие отключали щиты, бросали оружейные ячейки и пытались быстрее взлететь, даже не соблюдая очерёдность, притираясь бортами и сталкиваясь. Смысл торопиться был, так как техники собралось слишком много, и выбраться смогут не все.
Асы попали в этакий тир, и тут Морбл отвёл душу. А вот Сварог наоборот, каждый залп кораблей чувствовал скребком по сердцу в виде груза ответственности за убийства. Пара Вайтманов не справлялась со столь массивным общим взлётом, Аримийская техника начала просачиваться. Повезло, что уничтожение кристаллов в пирамиде докатилось до Нуны без опоздания. Отклонение внешне проявилось не сразу, накопленная на Лейле чистая мана до последнего момента оставалась спокойной. Её уровень на поверхности просел почти на метр, густая жидкость ушла в недра, именно там зарождался шторм.
Ахаратный столб закоротило, а предохранители были устранены Ирмантом. Энергетический океан начал бурлить и кипеть, а энергия — дробиться, сталкиваться и конкурировать, внутри общей массы пошла битва течений. Повредить столб сложно, у него есть свой допустимый уровень перегрузки и режим аварийного избавления от атмы. Всё, что меньше, было абсолютно безопасно, а если максимум превышен, то излишек рвал спускные трубы, а с ними и искусственный спутник, существующий в тени планеты. По сути, поломав систему, Орталеон спровоцировал слив накопленного в космос. На поверхности Нуны находилось несколько крупных дыр, и когда сработал аварийный режим атму выбросило из этих отверстий под давлением. Сброшенную энергию медленно потянуло к планете силой притяжения, формируя из атмы объёмные пятна.
Нуна задрожала, затем произошел один сильный толчок, после него — мгновенная тишина и ещё два сотрясения. Колебания отдались сильнейшими звуковыми волнами, разлетевшимися по галактике. Спутник вдруг превратился в ад, а чистый поток — в одноцветную красную магму. Процесс кипения достиг предела, перейдя в клокотание. Корка, покрывающая поверхность Нуны, затрещала, ломаясь, словно лёд, и утонула в потоке атмы. Совершенно в разных частях ночного светила наружу выбивались мощные внутренние взрывы, гейзеры газа и пара, плазмы, огонь, заодно выбивая и подбрасывая огромные глыбы. Процесс выглядел словно извержение сверхвулкана, рушащего мегатворение древних. Перегруз Ахаратного столба разворотил миниатюрную планету в считанные секунды.