– Наверняка кто-нибудь, не выдержав, пробовал себя туда определить? – поинтересовался О'Тул, прихлёбывая кофе. Кофе был не очень крепким и совершенно без сахара.
– Конечно. Всегда есть какой-нибудь болван, который думает, что надурит систему. Только за самовредительство полагается не больничка, а неделя карцера. На первый раз. На второй – билет на выход.
– Ну а если человек физически не может? Просто не выдерживает? – Юхан с беспокойством смотрел на Арно. – У меня с физкультурой никогда не было особенно гладко.
– Так чего ты сюда подался? – поинтересовался француз.
– Так получилось, – насупился швед.
– Ах, получилось… Ну, тогда и с подготовкой всё получится. Хотя поначалу, наверное, будет тяжело. Но человек ведь ко всему привыкает. А сержанты, в конце концов, не звери. Они оценят, если ты будешь стараться. Не укладываешься в нормативы, но пыхтишь, тянешь лямку.
– А если я так и не уложусь? – Линдхольм с сомнением посмотрел на остатки яичницы и хлеба на своём подносе.
– Думаю, ты сам через месяц удивишься, какие возможности скрыты в твоём организме, – усмехнулся Арно, закидывая в рот остатки галеты.
* * *
– Нойшванштайн, – капитан шевельнул рукой с надетой на неё перчаткой-манипулятором, и картинка на экране изменилась. От одного светлого пятнышка к другому по чёрному полю пробежала пунктирная линия, затем второе пятнышко начало расти, приближаться, и, в конце концов, распалось на три шара – два жёлтых, покрупнее и поменьше, и совсем маленький красный. Большой жёлтый шар ещё увеличился, начал соскальзывать куда-то за край экрана, а перед ним выстроились в ряд несколько шариков помельче. Один из них пунктирная линия обежала по кругу несколько раз, затем картинка снова отдалилась, и три звезды начали свой танец в черноте космоса.
– Ваша будущая цель, господа кадеты, – капитан повернулся к аудитории. На утренней теоретической подготовке присутствовали все пять блоков новобранцев. Слева в амфитеатре сидели парни, всего их было около ста пятидесяти человек; справа места заняли девушки – их, как прикинул Гилфрид, в нынешнем наборе было чуть меньше сотни. Ирландец старательно избегал смотреть в ту сторону, поскольку каждый взгляд на женскую половину аудитории немедленно вызывал воспоминания об Эмили, от которых тут же портилось настроение.
– Для тех, кто не считал нужным вникать в астрономию на школьных уроках, – капитан чуть улыбнулся, оглядывая слушателей, – напомню, что Альфа Центавра – тройная звёздная система. Ближе всех к нам красный карлик, Проксима Центавра, вокруг которого вращается три планеты: Вафтруднир, Мимир и Эгир. В зоне обитаемости расположен только Мимир, там действует наша опорная база. У оранжевого карлика Альфа Центавра B нет своих планет, но четыре планеты вращаются вокруг двойной звезды. Здесь же располагается астероидный пояс Акерана, на котором нами обнаружены самые отдалённые из космических баз противника.
– А девчонки в наборе есть очень даже симпатичные, – едва слышно прошептал Арно, пихая Гилфрида локтем в бок. – Я бы, пожалуй, рискнул ночной вылазкой ради такой.
О'Тул скосил глаза.
– Ну, вон та. В третьем ряду, у окна, с краю, – уточнил француз.
Ирландец посмотрел в указанном направлении. У окна сидела миниатюрная шатенка, сосредоточенно нахмурившаяся и внимательно слушавшая каждое слово лектора. Девушка скрестила на груди руки и от напряжения даже покусывала ноготь большого пальца.
– Старательная какая! – оценил Леон.
– Или голодная.
– Тоже может быть, – усмехнулся француз. – Ну, у меня в рюкзаке ещё много всего осталось! Всего-то месяц потерпеть.
– …жёлтый карлик Альфа Центавра A – звезда того же типа, что наше Солнце, но ярче и крупнее него. Вокруг неё вращается семь планет, из которых три расположены в зоне обитаемости, и все три заселены таури. Именно заселены, – капитан сделал паузу, ещё раз оглядывая кадетов. – Там кислородная атмосфера, пригодная и для нашего дыхания. Херренкимзе – ближайшая к звезде, немногим больше Земли, планета тысячи островов, как называют её сами таури. Здесь нет материков, только большие и малые острова среди преимущественно мелководных морей…
– Я думал, нам будут рассказывать про оружие и технику, – вполголоса заметил Гилфрид. – А не школьный курс астрономии.
– Погоди, ещё расскажут, – утешил его Арно. – Это ты у нас, похоже, всезнайка. Посмотри вокруг – тут некоторые будто в первый раз слышат об Альфе Центавра и таури. Некоторые, кажется, даже не знают, что Земля – планета, а не одно из поселений.
– …Линдерхоф. Невысокие горные системы, озёра и леса. Таури колонизировали эту планету, по всей видимости, последней, и природа её осталась практически нетронутой. Наконец, Нойшванштайн…