Один лишь день наедине с тобой.
И если, вспомнив обо мне, прольешь
Слезу украдкой — буду счастлив вечно.
Пусть память и не будет бесконечной,
Я буду горд, что ты по мне вздохнешь.
Доверь печали небу, а песку
Оставь слезинку, что по мне упала.
И чтобы лик твой грусть не затмевала,
Забудь меня скорей, когда уйду.
Глава восьмая
В воскресенье, десятого сентября, Уорлегганы вернулись из Тренвита в Труро. Обычно они не возвращались так рано, но Джордж должен был присутствовать в четверг на выборах, и Элизабет решила поехать с ним. В отсутствие Джеффри Чарльза в Тренвите не оставалось никого, кроме ее немощных родителей, да и чудесное лето подходило к концу, так что покидать Тренвит было не особенно жаль. Новый парламент собирался в начале октября, и Элизабет решила отправиться с Джорджем. Во время прошлого пребывания в Труро она обзавелась новыми друзьями и новыми увлечениями, ей понравилось быть в центре событий и рядом со средоточием власти. К тому же она сможет несколько дней побыть с Джеффри Чарльзом перед его возвращением в Харроу.
Она согласилась на то, чтобы Джеффри Чарльз провел все лето со школьными друзьями в Норфолке. Элизабет полагала, что так будет лучше и это позволит избежать конфликта между ее сыном и мужем. К тому же она надеялась, что разлука длиной в год поможет Джеффри Чарльзу полностью забыть Дрейка. Но жизнь без него не была прежней: Джеффри Чарльз уже давно стал для нее самым важным человеком на свете. Валентин не мог его заменить, он так и не занял в ее сердце такого же места.
Когда Джордж узнал о новом соглашении Данстанвилля с Фалмутом и о договоре по округам Труро и Трегони, он пришел в ярость и тем же утром прискакал с письмом в руке в Техиди. Было сказано много громких слов, Джордж ясно выразил свое неудовольствие, но его покровитель с холодной вежливостью твердо дал понять, что мистер Уорлегган должен сам позаботиться о своих голосах в округе Труро. Встреча оказалась неудачной, и вскоре Джордж пожалел о некоторых словах, сказанных сгоряча, продиктованных оскорбленным самолюбием. С самого начала он прикладывал все усилия к тому, чтобы понравиться Бассету, и это приносило удовлетворительные плоды. Это был слишком влиятельный человек, чтобы от него отдаляться, и Джордж тут же сделал несколько тактичных шагов, пытаясь загладить вину.
На самом деле, когда схлынуло первое волнение, Джордж не сильно переживал за свое место по округу Труро. После того как Бассет ушел из городского совета, там разгорелась битва, сравнимая по накалу с самими выборами, поскольку ее результаты вполне могли решить исход выборов. В конце концов мэр, один из тори, не желая последовать примеру своего предшественника, отправленного в тюрьму за противостояние большинству, отказался от места. Виги с триумфом посадили своего кандидата, Вивиана Фитц-Пена — потомка древнего рода, такого же одряхлевшего, как и сам кандидат, — но этот виг оказался последователем Фокса, и ничто не могло заставить его избрать кандидата от Боскауэнов.
Так что состав совета, как объяснил Джордж Элизабет, не изменился с прошлого года в политическом отношении. Он даже думал — осмеливался думать — что усилия, предпринятые им для перетягивания некоторых членов совета на свою сторону, не пропали даром: благодаря этим людям, обязанным ему или его семье, перевес голосов в его пользу на выборах будет не таким ничтожным, как в прошлый раз.
Дорога домой как всегда была отвратительной, как будто даже стала еще ухабистей и более пыльной, но по крайней мере, сопровождавшим их всадникам не пришлось вытаскивать застрявший экипаж. Несмотря на головную боль, Элизабет послала записку Морвенне с приглашением на ужин в понедельник, и Морвенна ответила, что с удовольствием придет.
Элизабет чуть не пригласила также Ровеллу и Артура, но просто не могла заставить себя пригласить библиотекаря, уж по крайней мере не к ужину, она знала, что Джордж рассердится. И конечно же, она знала о загадочной неприязни между сестрами.
Когда пришли гости, Джордж отсутствовал, но Элизабет провела несколько минут наедине с кузиной, пока та снимала плащ, и первым делом справилась о здоровье Джона Конана, а затем, как бы невзначай, упомянула Ровеллу.
— Я с ней не виделась, — ответила Морвенна.
— Совсем?
— Совсем.
— Вам повезло, что вы живете у реки. Труро — такой скученный и нездоровый город. Надеюсь, она здорова.