И Джеффри Чарльз изменил поведение.
На третий день своего пребывания в Тренвите Джордж подошел к Элизабет с ледяным выражением лица и заявил, что Том Харри сказал ему, будто Джеффри Чарльз проводит каждую свободную минуту каникул с тем наглым щенком, который в прошлом году проник в дом и ухлестывал за Морвенной. И тогда Элизабет попыталась увещевать мужа.
— О, вреда в этом нет, — сказал он, — разве что родственные связи того болвана. Я поражен, что именно ты поощряешь его дружбу с братьями Демельзы Полдарк.
— Я не поощряю ее, Джордж. Ничего подобного. Но Джеффри Чарльз сейчас в трудном возрасте. Если на него надавить, то легко сломать, но он это запомнит и обратит против тебя, против нас, а через несколько лет его уже будет не так легко держать под контролем. А вернейший способ поощрить эту дружбу — запретить ее. Ты и сам прекрасно знаешь. Если просто оставить его в покое, не вмешиваться, скорее всего, всё само собой рассосется на следующих каникулах или около того. Не забывай, насколько Джеффри Чарльз впечатлительный мальчик, а самые сильные впечатления он нынче получает от однокашников по Харроу. Контраст их разговоров и манер с этим молодым кузнецом проявится сам собой. Если Джеффри Чарльзу некому будет противостоять, то он вскоре обнаружит, что его больше ничто не привлекает.
Джордж поиграл монетами в кармашке для часов.
— Вероятно, это мудро, Элизабет, но во мне вскипает ярость, когда я вижу, что Полдарки крутятся вокруг мальчика, будто специально бросают нам вызов, и прямо у нас под носом! Это...
— У нас под носом, Джордж? Да это в двух милях.
— Ну, значит, рядом с нашими шахтами. Я прослежу, чтобы он не смел пересекать наши границы... А две мили — это ничто. Они словно специально дразнят нас этим юнцом. Теперь я жалею, что не отправил его в тюрьму, когда имел возможность.
— Это только всё усложнило бы.
— Ты виделась с кем-то из них, с тех пор как приехала?
— Нет, — ответила Элизабет, в первый раз солгав. — Они никогда не приходят в церковь.
Джордж больше ничего не добавил и удалился в кабинет. Таким образом, Джеффри Чарльз сократил число визитов к Дрейку, но больше не обнаружил на своем пути никаких препятствий. Однако Джордж об этом деле не забыл. В нем росло убеждение, что Дрейк Карн виновен в происшествии с жабами. Больше никто не имел таких детальных сведений о передвижениях Джорджа, никто не желал выставить его идиотом. С той поры осколки всех свидетельств сложились воедино.
Однажды, когда приехал Танкард, Джордж сказал ему:
— Мастерская Пэлли, та, что принадлежит теперь юному Карну. Мы владеем прилегающей землей?
— Нет, сэр. Кажется, нет. Она принадлежит фермерам. Треветану вроде бы. И Хэнкоку. Могу узнать, если желаете.
— Узнайте. Узнайте об этом месте всё, что сможете. Проверьте, владеет ли Карн правами на землю. Проверьте колодцы и ручьи. Узнайте, кто его основные клиенты. Не считая наших шахт, поблизости только Уил-Китти и Уил-Дрим. И редкая работенка для фермеров и сквайров. Посмотрим, как мы можем ему помешать.
— Да, сэр.
— Но ничего не предпринимайте без моего прямого указания. Вы можете высказывать предложения, но решения буду принимать я.
— Да, сэр.
— Нет нужды спешить, но доложите мне к концу месяца.
Три или четыре раза Джордж заезжал к Бассету, и они все вместе обедали в Техиди, а Джеффри Чарльз был так мил с маленькой мисс Франсис Бассет. Потом Бассеты приехали отобедать в Тренвите. По такому случаю Джордж пригласил сэра Джона Тревонанса и его брата Анвина, Джона и Рут Тренеглосов, а также Дуайта и Кэролайн Энисов. Дуайт почти не принимал участия в разговоре за столом и пару раз отметил, что Джордж немного раздражает нового барона Данстанвилля. И дело было не просто в различных воззрениях, скорее, Джордж принял точку зрения Бассета и довел эти принципы до крайности, куда сильнее, чем сам Бассет. Зная Джорджа как человека, которого прежде всего волнуют собственные интересы, Дуайт решил, что заметил фальшивые нотки, и гадал, заметил ли их Бассет.
На следующий день Уорлегганы обедали у Тренеглосов, а значит, им пришлось объехать вокруг владений Полдарков, о которых предпочитали не упоминать. С ними отправился Танкард, поскольку Джордж хотел взглянуть на Уил-Лежер, ту шахту, что он недавно закрыл, и решить, как с ней поступить дальше. Он получил полный отчет, но как любой хороший коммерсант, предпочитал увидеть всё собственными глазами.