Я сглотнула и некоторое время сидела на кровати, даже когда Акселератор вышел из палаты. Испугалась сверх меры, и неизвестно чего. Он, в конце концов, на моей стороне.
Ладно. Что там костюм?
Мои мысли о смене дизайна угадали — он оказался тёмно-зелёным с небольшими фиолетовыми вкраплениями на поясе и ничуть не облегал, пришёлся почти впору. Я надела его, немного повертелась — зеркала, разумеется, нет — и осталась довольна видом. А как насчёт функционала? Надеюсь, они вставили стелс-поле, где-то там была инструкция…
О, он реагирует на мысленный запрос. Просто подумать о том, чтобы включить невидимость, и она появится. Раны лечатся автоматически. Ускорение, телепортация, режим сильного удара — всё на месте, всё в одном флаконе.
Просто замечательно. Я быстро вырвала последнюю страницу инструкции, взяла ручку из стоявшей на окне карандашницы и быстро набросала доктору благодарственную записку. Оставила её на подушке, закрыла глаза и сосредоточилась.
Телепортация.
— Простите, мисс, — девушка в накинутом на бело-чёрную форму переднике мгновенно выскочила из-за стойки регистрации, когда я прошла сквозь вращающиеся двери. — Вы здесь работаете?
Я не включила стелс-поле, и на мой совсем не рабочий костюм откровенно таращились. Нелегко. Но так задумано.
— Передайте, пожалуйста, Бетти Крокер, что с ней хочет поговорить Сатен Рюко.
Девушка несколько секунд рассматривала меня, а затем осторожно потянулась к телефону. Охрана дала о себе знать: двое в чёрной форме выступили из тени, откуда наблюдали до сих пор, и внимательно разглядывали; я старалась не смотреть в их сторону и тем более не краснеть.
— Мисс Крокер ждёт вас, — наконец сотрудница оторвалась от телефона. — Прошу следовать за вашим сопровождением.
Охранники кивнули мне и сразу направились к лифту, пришлось идти следом. Ехали мы несколько минут и абсолютно молча, столь же молча по прибытии они пропустили меня вперёд — и двери лифта закрылись.
Я оказалась в чём-то вроде золотого бассейна. Всё вокруг огромного водоёма блестело так, что глаза заболели. Фильтров у костюма, к сожалению, не оказалось, и я просто прикрылась рукой.
Однако ничего кроме золота и бассейна разглядеть не успела — плечо пронзила резкая боль и просто швырнуло в стену. Костюм сработал, но я повисла над полом: огромный золотой трезубец пробил мне грудь и пришпилил, расплескав по окружающему золоту кровь.
— Ты смотри, щучка, что ты наделала! — голос пронзил едва ли не сильнее трезубца. — Вся стена в твоей карасевой крови!
При ударе меня повернуло к бассейну, и я могла воочию наблюдать, как Снисхождение медленно выходит из него и выпрямляется. Огромная, под все три метра ростом, практически полностью закутанная в чёрный латекс, на ногах и особенно руках целая россыпь золотых браслетов с золотой же диадемой на голове, два длинных и слегка изогнутых рога растут из макушки, а по костюму идут идентичные им пурпурные линии. Пурпур же образует макияж на лице, выделяющий глаза со ртом. Ну а позади неё развеваются длинные чёрные волнистые волосы.
Костюм работал, старательно залечивая мне рану, так что я не только не потеряла сознание, но и попыталась сказать:
— Я…
— Молчи, тварага! Ща я сома разберусь, что с тобой сельдать!
Понимать её даже с врождённым знанием языков было невероятно сложно — не только из-за рыбьих каламбуров, но и из-за невероятного акцента. Снисхождение вытянула вперёд руку, и трезубец вернулся в неё; я свалилась на пол, вскрикнув от боли. Костюм продолжал работать, боль утихала практически мгновенно, и на этот раз она не дождётся…
— И чего ты ко минеге заявилась? — трезубец опустился рядом с моим лицом. — Одежду демокуньстрировать? Судакаться? Отвечай, грязнопловка!
Ха. Кажется, она успела пообщаться с Волдемортом. Что ж, отвечать так отвечать.
— Я хочу служить вам.
— Вы все брильите служить мне, тварань.
— Я хочу служить вам прямо сейчас. Передать замыслы героев и прочих врагов. Предупредить об опасностях. Рассказать, что именно произошло бы с вами в обычной реальности.
Мой мозг закрытая книга. Меня нельзя прочесть или подчинить. Обмануть иллюзией — да, но Снисхождение не создаёт иллюзии. И я должна попробовать обмануть её.
— Хек! — однако пока она не выглядела заинтересованной. — И что ты можешь мне предлещить?
Я встала — рана уже почти затянулась — и открыла рот. Снисхождение всё равно занесла трезубец, пока лишь угрожающе удерживая его на весу.
И оказалась совершенно не готовой к тому, что в него вцепится паутина и дёрнет в сторону. Так мощно, что императрицу троллей даже протащило в сторону бассейна, а выскочивший из ниоткуда Человек-Паук врезался в неё ногами.
Теперь уже Снисхождение отлетела к стене, ещё в полёте попытавшись швырнуть трезубец. Супергерой не только ушёл от броска, но и оттлокнул меня в сторону.
— Прости, Сатен-сан, нам надо бы пространство, — заметил он, а из бассейна уже поднимался водяной хобот, закручивающийся в сторону Снисхождения. Та злобно оскалилась, приоткрыв рот со множеством острых зубов, но хобот ударил прямо по ней и одновременно взвыл пронизывающий ветер. Вода мигом покрылась плотной ледяной коркой, надёжно сковавшей Снисхождение.
— Спицы, Бири-Бири, Глазик, Палочка, мы временно её поймали, — Человек-Паук прикоснулся к небольшой выпуклости под костюмом рядом с ухом. — Сатен-сан тоже тут. Как там эвакуация? — крикнул он вынырнувшим из портала Стражницам.
— Идёт успешно, — Вилл показала большой палец. Снисхождение покосилась на неё и злобно оскалилась, однако за этим ничего не последовало.
— Отлично, — удовлетворённо отметил Человек-Паук, а затем повернулся ко мне. — Ну чего ты решила в одиночку идти? Она же всех людей ненавидит из-за красной крови, на какие переговоры рассчитывала?
Он говорил добродушно, но всё равно стало ужасно стыдно. Я планировала втереться ей в доверие, привести в потайное место, и там, вне Крокеркорп и всяких изобретений, позвать на помощь. Или даже вцепиться и вместе с собой телепортировать в Академия-сити, чтобы её мгновенно скрутили. Обмануть, так или иначе, и вот опять…
— Простите, — Мордевольт также прошёл сквозь портал. — Клоуны внизу уже догадались, что происходит, пришлось скрутить парочку. С остальными сейчас разберутся.
Золотая комната задрожала, сияние стало только ярче — но маг вытянул палочку, Снисхождение окутала фиолетовая сфера и дрожь прекратилась.
Однако её это словно бы порадовало: Снисхождение уставилась на Мордевольта и улыбнулась… вроде бы довольной улыбкой, из-за зубов не сказать.
И дрожь началась вновь, фиолетовая поверхность сферы вспучилась. Резко побледневший маг вновь заорудовал палочкой, но это теперь ни к чему не привело: сфера продолжала вспучиваться, словно по ней изнутри лупили мощнейшие кулаки, и когда дотягивалась до золотых стен, то дрожь усиливалась, превращалась в вибрацию.
— Отступаем! — Человек-Паук сориентировался первым и подхватил меня, сразу выпустив паутину. Стражницы столь же быстро вылетели в портал, причём Корнелия взмахом руки утянула за собой пытавшегося ещё что-то сделать Мордевольта.
Из бассейна вновь поднялись хоботы, но теперь сразу несколько, и все нацелились в нас. Одновременно золотые стены начали расходиться, потолок обрушаться — и Человек-Паук вместе со мной проскользнул в образовавшуюся дыру.
— А теперь держись, — он выпустил ещё паутину, и мир завращался. Блеск золота продолжал бить по глазам, рёв водных потоков оглушал, а затянувшаяся рана в груди всё ещё побаливала. Я попыталась телепортироваться, но просто не смогла сориентироваться в этой тряске.
Затем она внезапно закончилась — и мы взмыли над разрушающимся небоскрёбом Крокеркорп. Куски здания уже падали вниз, но попадали в голубое сияние порталов и исчезали. А под ними суетился муравейник людей, в котором то и дело вспыхивало розовым.