— Я не знаю, что мне думать. Я всё знаю лишь с ваших слов, и я не уверена, что вы говорите правду. Не в том плане, что лжёте — а в том, что сами верите в ложь.
Так, вот такого я точно не должна была говорить. Неважно, обладает Сасаки божественными силами или нет — у неё в союзниках Суо Куё, и если это как-то их обидит…
— Понимаю, — однако пока Сасаки не выглядела обиженной. — Я сама до сих пор не уверена, в чём именно истина этого мира. И поэтому обратилась к вам, потому что вполне может выйти, что эта истина будет не объективным итогом культурных, социальных, экономических и управленческих решений. Она будет воплощением вашего желания идеального мира. И потому я хотела бы узнать заранее, что это за идеальный мир, и заранее приготовиться к его существованию.
Сасаки тоже странная девочка. И на моём месте она почти наверняка тоже была бы одинокой. Но это не означает, что наши идеальные миры будут совпадать и не станут взаимными кошмарами.
— Я сама не знаю, какой именно мир окружает меня, — и опять я говорю то, что не желаю. — Но я точно убеждена, что никому не позволила бы в моём идеальном мире запрещать книги. Хоть по какой причине.
Сасаки помолчала несколько секунд, а затем отчего-то поклонилась. Достаточно глубоко и уважительно.
— Спасибо вам, Даша. Как вы посмотрите на то, чтобы присоединиться к Антибригаде? Мы можем защитить и спрятать вас, в случае чего. А также позволим лучше узнать этот мир.
— Спасибо, но нет. Я… не хочу пока ни с кем быть. Возьмите, — я опять протянула Сасаки блокнот с карандашом, но она и сейчас помотала головой.
— Оставьте себе. Думаю, вам ещё пригодится. И я не собираюсь настаивать, но если вы всё-таки захотите, то просто скажите вслух. Суо Куё услышит вас.
— Спасибо. Пока.
Я почти сбежала от неё, абсолютно невежливо. Но и к лучшему: возможно, после такой грубости Сасаки в следующий раз не будет настроена на встречу со мной.
Переместилась я сразу на восьмой этаж Хогвартса, к нужному месту. Теперь точно представляла, что делать. Трижды пройти по коридору в стелс-режиме, сосредоточившись на желании найти то, в чём я сильно нуждаюсь.
Свою собственную грань.
После третьего прохода в каменном коридоре проявились очертания двери, и я сразу рванула к ней. Быстро открыла, заскочила внутрь, закрыла, повернулась — и замерла.
Аккуратно застеленная кровать. Двуспальная. На одной из подушек сидит небольшой плюшевый медвежонок. У кровати тумбочка, на ней небольшая чёрная сумочка.
И всё.
Я воздержалась даже от мысленных комментариев, лишь поспешила к сумочке и открыла её.
Две вещи, что опасно держать рядом — бутылка с водой и планшет с пакетиком комплектующих. Сначала я вытащила бутылку и немного отпила, вспоминая, что еду данная магия из воздуха не делает. Затем достала планшет, обнаружила кнопку на боку и аккуратно прижала её.
Обозначения модели не было на самом планшете, и на загрузочном экране тоже не появилось. Я даже в настройки залезла от любопытства, но и там вместо названия сияло пустое место.
— Никто не заплатил за рекламу, — пробормотала я и улыбнулась самой себе. Дальнейшие исследования планшета ничего не принесли: обычный набор программ для музыки, чтения, рисования, карт, заметок… ни игр, ни видео, ни скрытого послания, только куча песен.
Ну и зачем мне планшет? Чтобы был, потому что при жизни не довелось получить? Я пожала плечами, вынула из аксессуаров небольшие беспроводные наушники и посмотрела, что закачано в плейлист.
Песни из аниме.
Много, много песен из аниме.
Я никогда не была меломанкой, разницу между какими-нибудь попом и кантри ощущала лишь интуитивно. Но песни из аниме всегда радовали, хотя слушать их часами, как хотела, было попросту невозможно. Тут же…
Кто, собственно, мешает.
Я нацепила наушники и легла на кровать, поставив список на случайное воспроизведение. В ушах мигом зазвучал бойкий девичий голос, поющий неизвестно что, ибо сейчас переводчика никто не завёз.
Но и не надо.
Я ещё немного отпила — осторожно, дабы не пролить на планшет — и задумалась. Затем перевернулась на живот, вынула блокнот и начала записывать на пустом листе.
«Ещё раз проверить Выручай-комнату».
«Разобраться, действительно ли Энтерпрайз запрещают книги».
«Алистер Кроули против Харухи: что там происходит».
«Майло Мёрфи».
«Нагато следит за мной???»
«Дэдпул, Суо Куё, Сасаки, Нагато, кто ещё».
«Гаджеты?»
«Фуфелшмерц? Алиса??? Настоящая Сатен?????»
«Машина времени».
Больше ничего не придумалось. Да и этот список частично на ходу составился. Некоторые пункты точно придётся отложить на потом.
Окно закрепилось на стене так, чтобы кровать всегда была освещена солнечными лучами — медленно передвигаясь вслед за ними. Однако к тому времени, как я закончила создавать список, лучи слегка поблекли. Подступал вечер.
Интересно, тут по-прежнему везде один и тот же часовой пояс? Судя по всему, да. Но и Земля вращается, это очевидно.
Мир, созданный моим желанием лучшего, даже если это желание противоречит реальности. И сейчас я гость в этом мире. Гость… или даже узник, если помнить, что мне обещали наказание.
И если помнить, за что…
Я сжала зубы и вновь взяла планшет. Анимешные песни пару раз уже повторились, многие из них оказались незнакомыми. А многие не оказались, я едва не рассмеялась в голос, когда прозвучал опенинг Рейлгана. Неужели именно это мне сейчас нужно? И как-то поможет найти свою грань?
Просто если призадуматься… прошлые грани были моей попыткой обосноваться в этом мире. Устроиться в нём так, чтобы как можно скорее зажить спокойной жизнью. По всему выходит, что четвёртая грань в этом же и состоит — устроить спокойную жизнь в этом мире.
А что мешает моей спокойной жизни?
По большей части неизвестность. Я не знаю, как именно изменился мир, особенно в мелочах. Я не знаю, что именно творит Энтерпрайз и насколько он раскололся — если раскололся. Я не знаю, что задумывают злодеи. Я не знаю, кто знает про меня и что по этому поводу хочет предпринять. Дэдпул союзник, Суо Куё и Сасаки можно записать в относительные союзники, а Нагато и вдруг кто ещё?
Хотя что это я, Нагато точно союзник. Она умна и прекрасно понимает происходящее. Я ведь…
Теперь, когда я всё вспомнила, я понимаю: изменение планеты и всемирный порядок для ублажения Харухи это неканон. Никогда ни появлялось, ни утверждалось, ни подразумевалось.
Однако когда я просмотрела аниме, а затем на волне интереса прочитала ранобэ, то думала именно в таком ключе. У Харухи слегка выгнутое, но вполне активное чувство справедливости. Она вполне может возмутиться мировыми конфликтами и пожелать их завершить. А поскольку от обычной скуки способна разрушить мир и заменить его новым, то жажду справедливости тем более лучше предупредить.
Логично? По крайней мере, я просветов в логике не видела. Более того, я хотела, чтобы это стало реальностью. Чтобы все эти войны и конфликты, о которых ежедневно передавали в новостях, попросту прекратились.
Особенно те, что мои родители полностью одобряли и говорили, что так «им» и надо. Список «их» был ошеломительно велик, а я молчала, умудрённая горьким опытом, но всё равно не понимала, как это возможно — одобрять войну и желать её хоть кому-то.
Слишком часто и порою специально я натыкалась на описания войны, не только в вымышленных произведениях, но и в документальных, в рассказах очевидцев, в мемуарах.
И никогда не понимала, что во всём этом может быть хорошего и как можно хвастаться тем, что для тебя «война — мать родная». Для меня это всё равно что признаться в ненависти к человечеству, причём гордясь этой ненавистью.
И это говорит девушка, обожающая хорошие финальные битвы, когда герой наконец сходился напрямую со злодеем.