– Да нет никакого секрета. Есть норма и есть отклонения от нормы. Вот, взгляни на экран. На улице встретились двое. Они знакомы, но не слишком. Кивнули, помахали рукой и идут себе дальше. Это нормально. А вот встретились близкие друзья или родственники. Видишь – обнялись, чмокнули губами, похлопали друг друга по спине. Теперь они непременно поговорят минут десять или, если очень спешат, минуты две-три. Это тоже нормально. Но когда два прохожих обнялись и тут же разошлись – это ненормально. Тут что-то не то. Так не бывает или бывает очень редко. А вот старик вошел в кафе и взял в руки газету. Развернул, просмотрел заголовки, задержался тут и там, перевернул страницу, дошел до спортивного раздела, почитал про футбол, свернул, отложил. Это нормально. Ненормально, когда человек сидит, полчаса уставившись на один и тот же разворот. Он не может читать так долго одно и то же. Значит, газета тут не для чтения, а для прикрытия. Нормально, когда транспорт едет из пункта А в пункт Б. Ненормально, когда машина делает круг за кругом на площади…
«А ведь она совершенно права, – подумал я тогда. – Мы пытаемся разглядеть свои цели в суматохе человеческого хаоса. Это как смотреть на лист бумаги, беспорядочно заполненный случайными буквами, и стараться выделить из этого месива осмысленный текст. Но если наложить на такой лист другой трафарет – что-то типа фильтра с прорезями в нужных местах – то будут видны только те буквы, из которых можно составить слова. Умная девочка Сигалит работает как раз на манер такого монитора. Отчего бы не создать компьютерную систему, реагирующую на такие вот «ненормальности», и посадить ее на весь видеопоток?»
Понятно, что нечего было и пытаться решить подобную задачу в одиночку, тем более за неделю. К счастью, к тому моменту в моем распоряжении уже было с полдюжины ребят, принятых в Шерут по образу и подобию кэптэна Клайва. Для начала требовалось сформулировать концепцию, набросать алгоритмы, разложить проект на составные части и распределить работу между людьми. Всевышний сотворил мир в течение семи дней; я вознамерился за то же время сотворить фильтр для Его Творения – всего лишь фильтр.
Неделю спустя я вышел из кабинета с первым наброском системы. Кэптэн Маэр выслушал и минуту-другую кряхтел, зажав между ладонями лысую голову. Потом спросил:
– Это вообще возможно?
– При двух условиях, – сказал я. – Во-первых, освободи меня и моих ребят от всех других заданий минимум на четыре месяца. Во-вторых, нужны новые компьютерные мощности. Те, что есть, не потянут.
Маэр пристукнул кулаком по столу.
– Знаешь что? – сказал он. – К директору пойдем вместе. Когда ты смотришь на начальство этим вот сумасшедшим взглядом, оно может поверить во что угодно. Даже в такую неимоверную фантастику…
Бета-версия самообучающейся программной системы была готова через полгода. Мы назвали ее по-простому: «Фильтр». Системе потребовалось еще два месяца, чтобы накопить достаточно материала, который позволял отличить ненормальное поведение от нормы. А затем перед нашими изумленными взорами предстала совершенно иная реальность. Конечно, далеко не всякий завсегдатай уличного кафе, часами взирающий на один и тот же газетный разворот, являлся при этом сигнальщиком боевой группы ХАМАС – как и молодой человек, разгуливающий под дождем в солнцезащитных очках. Странностями и нелогичными выходками отличаются отнюдь не только нелегалы. Но теперь благодаря «Фильтру» от операторов требовалось следить не за диким хаосом неупорядоченных кадров, как раньше, а всего лишь за десятком-другим подозрительных картинок – и нередко та или иная из них оказывалась попаданием в самое яблочко.
Мы набросили на Рамаллу густую мелкоячеистую сеть и день за днем просеивали улов. Каждое утро, глядя на карту территорий, мы видели, что на ней, как на плавающем в проявителе фотоснимке, проступают все новые и новые невидимые прежде люди, связи, дома, мечети, квартиры, склады, лавки, пещеры… Это был настоящий прорыв, переворот, революция. Даже кэптэн Маэр утратил свою обычную невозмутимость.
– Теперь главное – не торопиться, – твердил он, лихорадочно блестя глазами. – На этот раз мы свалим их одним ударом. Не волнуйся, парень, никто не уйдет. Слава богу, сейчас уже не те времена, когда на заход в Рамаллу требовалось разрешение американского дяди. Выжжем все гнезда одновременно. Сколько их уже выявлено? Семь? Восемь? Не беда – спецназовцев и бульдозеров хватит на всех. Если надо, призовем дивизию из запаса.