- Я понимаю.
Шон набрал номер полиции. Пока ехала полиция, Ликс вызвал дядю на разговор, как только он вошел, следом за ним пришла полиция, и его забрали. Дав все нужные показания, я рухнула обратно на диван. Как он мог так поступить? Мы ему доверяли, а он так ужасно поступил. Я перевела взгляд с потолка на Феликса, что сидел за ноутбуком, будто меня здесь и вовсе нет. Я поднялась и покинула его кабинет.
ГЛАВА 13
Прошла неделя. После того разговора с Феликсом у него дома, он изменился. Мы совершенно не говорили, только по делу, я один раз попыталась заговорить с ним насчет того дня и моего вопроса, он лишь грубо ответил, что это меня не касается. Что-то явно произошло, но что именно? И я решила поговорить с кем-то из друзей. Я знала, что Алана сейчас по делам здесь и я попросила его встретится.
Мы встретились с ним в небольшом ресторанчике.
- Что случилось? - спросил Алан.
- Могу я спросить тебя кое-о-чем?
- Спрашивай.
- Я слышала, что Феликс играет на пианино, это правда?
- Почему ты об этом спрашиваешь? - спросил меня Алан.
- Вчера, когда я отвезла его домой, - сказала я. - Не думай ничего, - сразу проговорила я, - я видела, у него в доме пианино, оно все в пыли.
Алан сделал глоток кофе, посмотрел в окно, и спустя две минуты молчания, он заговорил:
- После смерти его матери, он не только петь перестал, но и играть на любых музыкальных инструментах.
- Почему?
- У него было выступление, когда его мать погибла, - проговорил Ликс. - И у него, как травма произошла, и теперь не может играть, и петь. Почему, никто не знает.
— Это, наверное, серьезно?
- Конечно, - сказал Алан. - Он бросил это все, и стал работать в компании.
Поэтому ему не понравилось, что он увидел, как я села за пианино? Теперь я понимаю.
Попрощавшись с Аланом, я поехала... к дому Феликса. Я хотела поговорить с ним. Как бы он отказывался, но мне хотелось помочь ему что ли. Я не знаю, как это объяснить. Подъехав к дому Феликса, я вышла из машины и подошла к двери. Дверь мне открыли спустя несколько минут.
- Что ты здесь забыла?
Он сложил руки на груди, прислонившись к косяку двери. Как всегда прекрасен, в нежно-бирюзовой рубашке и белых брюках, волосы в творческом беспорядке.
- Хочу поговорить, - сказала я.
- О чем?
- Может впустишь? - вопросом на вопрос, ответила я.
Он впустил меня в дом. Кажется, в доме давно не прибирались.
- Так что ты хотела сказать? - спросил меня Феликс, пройдя мимо меня.
- Я знаю, почему ты разозлился тогда, - сказала я.
Феликс остановился и обернулся ко мне.
- И что?
- Я понимаю все, но это не повод на всех злится, - сказала я.
- Я не хочу говорить о прошлом, - сказал он.
Он направился в сторону той самой комнаты. Я последовала за ним.
- Нельзя жить прошлым, - проговорила я. — Это ведь можно изменить, и все станет на свои места.
Он резко остановился и развернулся ко мне, из-за чего я врезалась в его грудь. Подняв глаза, он схватил меня за плечи и заглянув в мои глаза, спросил:
- Зачем это тебе?
- Не знаю, - честно, призналась я. - Я правда не знаю. Могу я спросить тебя? Почему ты так странно ведешь себя?
- Ты помнишь меня?
- Что?
- Помнишь мальчика из своего детства, который спас тебя?
- Да, - боже! Поверить не могу! - Ты?
- Судьба странная штука, не правда ли? - проговорил Ликс. - Когда вы уехали, я не думал, что выпадет шанс встретится снова.
Я поверить не могла тому, что слышу. Феликс Рассел — это тот самый мальчик из моего детства, который спас меня, который всегда помогал мне.
- Ты тогда сказал: "что всегда будешь рядом, чтобы я не боялась, потому что ты рядом", - вспомнила я его слова.
- Ты боишься?
- Нет. Но ты так и не ответил на поставленный мной вопрос, - напомнила я. - Только честно.
- Рядом с тобой я становлюсь счастливым, а потом моя эйфория жестоко разбивается о действительность, потому что… я не могу… мне нельзя ничего чувствовать к тебе. - Он сделал короткую паузу. - Ты притягиваешь меня как магнитом, и мы идеально дополняем друг друга. Я чувствую себя цельным, черт побери. И за это презираю себя, потому что такого не должно происходить. Ты не моя. Я не должен этого чувствовать. Бывают времена, когда я наблюдаю за тем, как ты общаешься с кем-то другим, и так… так ревную, – признается он. – Я не хотел тебе этого говорить, но ты сама просила о честности. Я ревную. И потому ощущаю себя кретином. Это неправильно. Вот почему я сбегаю и пытаюсь заставить тебя держаться подальше, но это тоже не работает. И прекрасно понимаю, что все только из-за меня, я сам виноват.
Я крепко и надолго задумываюсь, пытаясь упорядочить свои мысли.