А что, если на преображение, мне отведено определенное время и сейчас, я трачу его в пустую?
Эта мысль отрезвляет. Не важно, что сейчас происходит, буду искать объяснение всему этому позже, а сейчас…
Вновь пристально смотрю на себя в зеркало и останавливаю взгляд на бровях. Нет, для начала, хочу чистую, ровную кожу по всему телу! Вздох восхищения сдержать не получается. Веду пальцами по гладкой, бархатистой щеке и хочется пищать от переполняющего меня счастья.
Теперь брови. Черные, чуть изогнутые, придающие лицу немного капризное выражение. Результат хорош, но слишком уж явный контраст с золотыми волосами. Останавливаюсь на светло русых, с золотым отливом. Немного подправляю черные ресницы, окрасив их кончики золотистым.
Перехожу к носу. Меньше, тоньше, изящнее, чуть округлый кончик. Рот чуть меньше, а губы более пухлые, с четким бантиком и сочным цветом. Сглаживаю овал лица, выделяю скулы. Совсем немного подправляю ушки. Они у меня красивые, только слишком уж большие. Уменьшаю.
- Красотка, - шепчу себе с улыбкой.
Скольжу взглядом вниз, по своей квадратной фигуре. Сработает то же самое с телом или нет? Действую сразу и желаю уменьшить свой рост до метра шестидесяти. Чувствую, как меняется окружающее пространство. Меняется высота обзора и даже зеркало становится немного больше и выше.
- Офигеееть, - медленно тяну и тихо хихикаю, глядя на то, как на мне стала висеть одежда.
Нервно оглядываюсь, на открытую дверь. Едва ли не бегом, подхожу и дергаю ее на себя. Дверь закрывается с противным скрипом. Внутри нет ни щеколды, ни крючка. Впрочем, сойдет и так. Несусь обратно к зеркалу. Стягиваю майку и штаны, оставаясь в нижнем белье. В зеркале отражается все та же квадратная фигура, только меньше ростом.
Самую малость удлиняю шею. Выделяю ключицы. Грудь… второй, нет, третий размер. Мой спортивный топ натягивается едва ли не до треска и становится совсем узким. Машу рукой на то, как эластичная ткань, неприятно впивается в нежную кожу. Сейчас не время, думать об удобствах. Прикрывает соски и ладно.
Двигаюсь дальше. Тонкая талия, округлые бедра, ровненькие, стройные ножки. И соблазнительная попка. Не могу оторвать от себя взгляда. Смотрю на свое отражение и хочется саму себя облизать или, как минимум затискать. Провожу руками по своему новому телу, наслаждаюсь ощущениями и тут замечаю свои руки. Делаю кисть уже, пальцы тоньше и изящнее. Вместо ногтей лопат, желаю маленькие, квадратные ноготки. Остался последний штрих. Стопа. Размер у меня тридцать восьмой. В принципе, с прежним ростом, смотрелось нормально, а сейчас, немного ласта! С легкой руки убрала два размера. Раз я теперь такая маленькая и аккуратная, то пусть буду такой с головы, до кончиков пальцев на ногах.
Придирчиво изучаю себя в отражении, ищу недостатки, которые могла бы исправить, но так и не нахожу. И так все в себе перекроила до неузнаваемости, кажется, больше и исправлять нечего. Быстро надеваю на себя штаны. Теперь они держатся на мне только за счет моей, новой попы. Подворачиваю штанины и надеваю футболку, которая едва ли не до треска натягивается на моей груди и теперь, больше похожа на удлиненный топ, открывающий мой плоский живот. И все бы ничего, но штаны в талии откровенно широки, а низ футболки спереди, топорщится. Теперь всю одежду менять. Впрочем, все это поправимо, главное я теперь нравлюсь сама себе.
Резкий скрип двери, оторвал меня от самолюбования. Яркая полоса солнечного света побежала по земляному полу, остановившись у моих ног. В проеме возникла темная, чуть сгорбленная фигура.
- Опять явилось, окаянное, - сердито всплеснула руками баб Поля и с невиданной для нее прытью, понеслась в мою сторону.
Я даже немного испугалась и начала отступать, когда старушка схватило увесистое полено и что есть силы, запустила его в зеркало. Полено с глухим стуком ударило в стену. В неком оцепенении смотрела на то, как круглая деревяшка, медленно катится по полу и наконец-то замирает. Волшебное зеркало, прямо на моих глазах, растворилось в воздухе.
- Баб Поль, зачем? – повернулась я к своей пожилой соседке. – Хорошая же вещь, смотри, какая я теперь красавица!
- От дурная девка! – прикрикнула она на меня. – Знала б что ты натворила, так бы не радовалась, - добавила уже более спокойно и с таким сожалением в голосе, что даже меня пробрало.
- Расскажи, - попросила, оглядывая сарай. Хотелось, чтобы зеркало снова вернулось.
- Зеркало это окаянное, желания любые исполняет, да только плату скоро взыщет и какой она будет, никто не знает.