- Сорок три, сорок четыре... - она раздражённо повернулась к своему гостю. Мужчина картинно поднял руку и ссыпал крупную монету в большую куче на столе. - Сорок пять!
- Я полностью доверяю вам, фра Бернардо, - заверила она с улыбкой. Когда он уйдёт, она пересчитает монеты ещё раз. И лучше бы было, чтобы там правда было сорок пять. - Вы не похожи на обманщика.
- Я банкир, - гордо заявил Бернардо, улыбаясь в бороду. - А это значит, что я должен быть известным обманщиком, который всё равно вызывает доверие.
- Вы и вызываете, - примерно настолько она бы доверяла змее.
- Как и вы, но ведь мы оба знаем, что ваше ремесло немного... - он усмехнулся. - Больше чем немного. Гораздо больше. Но! - он поднял палец, будто предупреждая её недовольство. - Но вы сделали свою работу замечательно. Я слышал, что Онесто потерял почти все голоса. А ваша речь... - он хихикнул. - Курица. Отличная выдумка. Как вы до этого додумались?
Она вспомнила изнурительные занятия над книгами по риторике, логике и дикции, вспомнила бессонные ночи накануне Испытаний, вспомнила, как тщательно училась управлять интонацией после замечаний адепта Цицерро. Вспомнила недовольного и ревущего в бешенстве маэстро в театре.
- Импровизация, как и всегда - она игриво откинула длинные волосы с лица. - К тому же, за это вы мне и платили, разве нет?
- Сказать честно, за то, что вы устроили, вам нужно платить в два раза больше, - лукаво усмехнувшись, проговорил банкир и тут же развёл руками. - Но вот жалость - я забыл свой кошелёк дома, - и он рассмеялся.
Джейн тоже рассмеялась. Дураки любят, когда над их шутками смеются.
- Нет, правда. Я слышал, что на каждом углу говорят только о вашем выступлении. «Онесто позволил какой-то оборванке говорить», - писклявым голосом передразнил он,- «Онесто не знает, что делать», «Онесто не даст нам ничего, кроме законов». О большем и мечтать нельзя, - он удовлетворённо крякнул. - Вы даже самого Онесто, похоже, убедили.
Сердце Джейн резануло жалостью, когда она вспомнила бессильно опущенные плечи судьи. О, она знала, что это такое - когда твои мечты и идеи рассыпаются, и ты остаёшься наедине с разочарованием.
- Да, совершенно раздавленный, - она улыбалась одними губами. - Как вы того и хотели.
За пять лет работы, она становилась на пути многих к власти. И ни разу не жалела. Любящие семьянины, имеющие сразу трёх любовниц, честные судьи среднего звена, откуда-то имеющие самые большие поместья в городе, магистраты, честно решающие торговые споры и при этом получающие увесистые подарки от торговых гильдий.
Но Онесто ей было жаль. Она следила за ним пару недель и, похоже, он был первым человеком, который шёл к власти не ради себя, а ради людей. Неумело, может быть, грубовато, наверное - но хотя бы честно. И люди ведь шли за ним как раз потому, что чувствовали в нём упрямую честность.
И она чувствовала. Но политика - это не место для таких.
- Да, как вы того и хотели, - повторила она.
- Мне даже немного жаль его, - вздохнул банкир, извлекая из кармана трубку и принимаясь раскуривать её. - Фра Онесто - не самый глупый человек, хоть и неисправимый... - он покрутил пальцем в воздухе, будто пытаясь выхватить слово. - Идеалист, точно! Он не знает, как и что делается, не знает, что и как говорить, он обещает скучные вещи...
- Но люди видят в нём символ, - подытожила его болтовню Джейн, отворачиваясь и закатывая глаза. В любом сборище всякого рода обещателей и шутов всегда должен быть мрачный человек, имеющий репутацию неподкупного борца за справедливость.
Не потому, что он действительно нужен. Для контраста.
- Чёртовы символы сложно убрать с доски, - пыхнул трубкой Бернардо. - Убьёшь, - он провёл ладонью вдоль шеи, - и они станут знамёнами, с которыми пойдут на тебя. Будешь сильнее давить - они будут лучше разыгрывать жертву и притягивать больше сторонников. Таких нужно... - он легонько провёл по столу, будто стёр пятно. - Мягко. Незаметно. И не дай боги, чтобы в итоге те, кто стоят за символов, вышли на тебя.
- Как вы того и хотели, - боги, будто бы от повторения этой фразы она становится менее виноватой.
- Он ведь точно не выиграл бы ничего, - задумчиво покачал головой банкир. - Но как бы его могли использовать... - он со смаком цокнул языком. - Страшно подумать. А теперь он - посмешище. Ещё и усомнившееся в... Да во всём. А могло быть иначе.
Джейн вскинулась.
- Это как же? - ядовито спросила она и тут же впилась ногтями в руку.
Не говори так с нанимателями, дура. Нельзя.
Но Бернардо не обратил внимания на её тон.
-Я предлагал ему присоединиться, представляете? Стать нашим знаменем. А он заявил, что справится сам.
- Судья справится с банкиром? - фыркнула Джейн.