Два других стражника медленно подступали к беспорядочно машущему во все стороны бритвой громиле.
- Отец узнает! - вытаращив глаза, ревел он. - Он узнает, и вы поедете на рудники, твари!
Вокруг был шум и гам. С каждым мгновением стража смелела, а возмущённые вопли укасино только распаляли их. Джейн с улыбкой смотрела, как рослый сержант легко выбивает наставленную на него бритву из рук вожака, ловко заламывает ему руку и прижимает к грязной мостовой.
- Рука! Рука! - заверещал парень.
- Не сломаю, - прохрипел сержант, не обращая внимания на трепыхания вожака. Затем он поднял взгляд на Джейн и слегка кивнул ей. - Ваша милость.
Джейн не знала его имени, но его лицо казалось ей знакомым. Точно. Сегодня утром он был в Арсенале.
- Сержант, - она кивнула ему, как старому знакомому, и он довольно улыбнулся. Простой жест, а уже через неделю все его знакомые будут думать, что Джейн знает каждого стражника поимённо и к каждому относится как к брату.
- Тупые идиоты, - невнятно пропыхтел вожак ункасино, ворочаясь. - Дядя вас всех размажет! Ты говорила про последствия?! О, у этого будут последствия!
Джейн опустилась на одно колено и улыбнулась ему прямо в лицо.
- О да. И ещё какие, - медленно и с наслаждением проговорила она. - Только знаешь в чём тут дело? К своим последствиям я готова. А ты - нет.
- Я добьюсь, чтоб вас всех выкинули, - бешено вращая глазами, тараторил ункасино. - Вы все...
Девушка закатила глаза и встала. Хотела бы она быть рядом с ним тогда, когда он протрезвеет и поймёт, что именно произошло. Впрочем, вряд ли даже тогда что-либо изменится.
- Сержант, всех этих недоносков - арестовать. За нападение, порчу имущества, беспорядки и сопротивление страже.
Глаза сержанта изумлённо округлились, и он оглянулся на ункасино - вопящих, протестующих и угрожающих.
- Ваша милость, - он нервно сглотнул. - Я понимаю, что это моя работа, и мы уже вроде как остановили беспорядки, и... - он запнулся. - Это ункасино, ваша милость. Мы не можем выдвинуть им такие обвинения.
- Почему?
- Потому что это будет значить тюрьму.
- Они заслужили тюрьмы? - прежде, чем сержант ответил, Джейн яростно кивнула. - Заслужили. Мне наплевать, чьи они родственники, сколько денег за ними стоит и чем они вам угрожают. Пока я гонфалоньер, закон для всех один, и ни один стражник не пострадает из-за того, что делал то, что должен. Вы меня поняли, сержант?
Взгляд сержанта поменялся. Только что он смотрел на неё непонимающе и испуганно, а теперь - с уважением и... Опаской.
- Так точно, ваша милость, - он отсалютовал ей и развернулся к своим людям. - Арестовать!
Гул голосов мгновенно затих. Ункасино и стражники с одинаковым недоумением смотрели на сержанта, замерев, будто бы позируя для картины. Сержант сглотнул и скосил взгляд на Джейн.
Гонфалоньер тяжело вздохнула.
- Арестовать, - небрежно взмахнула она рукой. - Приказ гонфалоньера.
Оцепенение мгновенно спало, а уши заполнили крики, вопли, грохот лат и треск рвущейся ткани.
- Спасибо, ваша милость, - прошептал сержант, чуть коснувшись шляпы.
- Спасибо вам и вашим людям, - ответила Джейн и отсалютовала. Получилось не очень, но, судя по его виду, нужного эффекта она добилась.
Глядя, как стражники вздёргивают на ноги и ведут ункасино прочь по улице, Джейн завидовала сержанту. Его часть работы почти закончилась - прибежал, арестовал и передал в суд. А её, Джейн, часть, ещё даже не начиналась.
Теперь придётся просить за каждого из этих стражников Серпенте, а Серпенте придётся выдерживать натиск орущих и трясущих огромными кошельками патрициев. Боги, а сколько воя поднимет Пасиенте...
- Шумный центр уже не кажется таким плохим, да, ваша милость? - проговорил Кальдо, с улыбкой подбирая яркий лоскут ткани и внимательно изучая его.
- Да, - устало вздохнула Джейн, проводя ладонью по лицу. Боги, когда этот день закончится? - Что это за улица?
- Страда Остилита, - подсказал Фреддо, поглядывая на разгромленный дом. - Любимая игрушка ункасино.
Остилита. Завтра Джейн узнает, к какому кварталу это относится, и задаст его представителю пару вопросов. Например, почему на её: «Всё ли в порядке на окраинах?» она услышала «Да, ваша милость, в полном»? А если это считается порядком...
Ну, что ж. Тогда придётся объяснить, как он на самом деле выглядит.
В её понимании, порядком точно нельзя назвать положение дел, при котором целая улица боится выйти из своих домов и защитить соседа, опасаясь каких-то сопляков. Джейн прекрасно видела то и дело дёргающиеся занавески, из-за которых выглядывали люди.