Какие разные взгляды на жизнь. С точки зрения Мелинды, все делится на черное и белое. Руддик же считает, что повсюду царит путаница.
— Так что тебе сказал Джош? — вернула меня на землю Мелинда. — Сообщил что-нибудь ценное?
— Сказал, что получил наркотики от Роя Дакетта, — запинаясь, проговорила я. Несмотря на все мои старания, я говорила нерешительно, было видно, что я лгу. И все же она внимательно слушала меня. — Он говорит, что Рой заставляет самых слабых зэков проносить наркотики, а его люди за пределами тюрьмы оказывают давление на членов их семей. Джош был для них легкой добычей.
Мелинда тщательно обдумала полученную информацию и лишь затем ответила:
— Рой Дакетт. Кто бы мог подумать?
Я кивнула, опасаясь, что она может не поверить.
— Думаю, да. Но есть и еще кое-что. Джош просил об одолжении. Я думаю, ты не будешь возражать, поэтому сказала, что мы постараемся помочь. Но я должна была сначала спросить у тебя.
Ее лицо стало каменным.
— О чем же?
— В обмен на информацию он просил, чтобы его перевели из лазарета в общий блок, на третий ярус, где у него друзья.
Она спокойно восприняла мои слова.
— Но разве ему не безопаснее в лазарете? Я думала, там он под защитой.
— Он совершенно противоположного мнения. Джош считает, что он вызовет меньше подозрений, если будет находиться вместе с остальными.
— Возможно. Только обычно эти ребята хотят убежать и спрятаться получше.
— Думаю, ему надоело прятаться.
— Хорошо. Я сделаю несколько звонков. Мы переведем Джоша в другую камеру и поместим Дакетта в изолятор, а затем допросим и попытаемся узнать, кто еще замешан в этом деле. Знаешь, Кали, — она пристально посмотрела на меня, — ты мне очень помогла. Мы, следователи и надзиратели, должны работать как одна команда. Я уже три года добиваюсь подобного сотрудничества, но офицеры охраны смотрят на меня косо и считают, что я пытаюсь их в чем-то обвинить. Это хорошее начало, Кали. Мы с тобой можем все изменить. Добиться успеха.
Я пожала ей руку, удивившись, каким крепким бывает рукопожатие, когда ты предаешь чье-то доверие.
Когда я покинула офис тюремной полиции, прошла половина моей смены. Смотритель Поллок в присутствии коллег громко спросил, готова ли я теперь приступить к своим обязанностям или мне предложили новую работу. Я знала, что у него не хватит мужества расспросить о деталях. Но это не помешало ему выставить меня доносчиком в глазах других офицеров охраны.
Когда самые долгие часы в моей жизни подошли к концу, я вышла на парковку, открыла дверь своего внедорожника и села в него. Двигатель заскрипел, салон начал прогреваться. Завернутый в тряпку презерватив с наркотиками все еще лежал у меня в кармане. Я не могла пойти в библиотеку, занести туда наркотики, потому что знала о засаде. У меня случился бы сердечный приступ. Я открыла бардачок, отодвинула карту дорог, бросила туда презерватив и захлопнула крышку.
Когда Руддик ответил на звонок, он сразу же понял, что я расстроена. Он хотел узнать, что случилось. Я рассказала, что меня вызывала тюремная полиция. Он хотел узнать больше. Я призналась, что пронесла наркотики, но выяснила, что библиотека находится под наблюдением, и ничего не стала делать. Он велел не поддаваться панике. Обещал обязательно что-нибудь придумать. Я не стала говорить о том, как поступила с Роем Дакеттом. Зато сообщила, что узнала о комиксе от Джоша.
— Он говорит, все дело в деньгах. Мол, таким образом посылались сообщения.
— Будь я проклят, — проговорил Руддик с нескрываемым восхищением в голосе. — Это очень интересно. — Он замолчал и задумался.
Я устала ждать, пока Руддик прервет свои размышления.
— И что дальше? — Я имела в виду наркотики. Мне хотелось поскорее вырваться из этого клубка лжи.
Он посоветовал ехать домой и хорошенько выспаться. Но я не была уверена, что у меня получится.
34
Надзиратель появился в дверях камеры и бросил ему тряпичный мешок:
— Собирай свое дерьмо. Мы переезжаем.
Джош воображал, что перевод в другую камеру решит все его проблемы. Это отчаянное желание частично было продиктовано расчетом, на который еще был способен его воспаленный мозг. Рой пытался использовать его и слишком много знал о нем. Когда Джош увидел свои рисунки у Роя, у него началась паника. Но, даже избавившись от Роя, он не мог до конца решить свои проблемы. Ему нужен был союзник. И он рассматривал Фентона как своего рода защитника. Фентон прислал Диану. Он нравился Фентону. Фентон был единственным, кто мог противостоять Рою.