Именно здесь и нужны особенности интеллекта, позволяющие видеть пространство именно таким, какое оно есть на самом деле. Но даже бывалые навигаторы отмечали, что система иногда как будто нарочно стремится вывести тебя из равновесия, запутывает. Звёзды смазываются, меняются местами, а твоя задача верно сориентироваться и скорректировать курс, что нередко требуется, особенно при путешествии на большие расстояния, когда изначально точно попасть в околозвёздное пространство очень сложно.
Главный недостаток Соломона открывался именно при работе на износ, когда необходимо было прокладывать коридор. Нередко случалось так, что он видел звёздную сферу, осознавал её, но не мог понять, в верный ли сектор они держат путь. Аналитические способности, за которые отвечали лобные доли, давали сбой в самый ответственный момент, когда от них требовалась самая большая отдача. Иногда Сол находился, и, в конце концов, принимал верное решение, а иногда ему приходилось начинать всё заново.
Но и это было не самым плохим. После особенно трудных переходов Сол не мог сам выбраться из капсулы, в которую должно было быть погружено тело навигатора для установления связи компьютера с мозгом. Перегруженные лобные доли лишали его контроля над собственным телом. С трудом прибившись к краю открытой капсулы, он в течение часа, а иногда и двух лежал и просто дышал, пребывая в полусне, и оживая только когда вдруг ощущал, что его руки, хоть и затекли, но уже его слушаются. А самым опасным было то, что могли и не начать слушаться. Каждый раз такое перенапряжение могло закончиться параличом, но другого выхода у Соломона не было.
Райли бы помогала ему в такие моменты, если бы он не запретил ей это делать. Мало того, что она сама исполняла обязанности первого пилота и тоже была под нагрузкой, нельзя было, чтобы кто-то видел его в состоянии крайней слабости. Даже родная сестра, не говоря уже о двух охреневших дуболомах, так что вход в навигационную был всегда закрыт. Конечно, в этот раз он упустил серьёзный момент. Не то чтобы ему было жалко этих детей, непонятно как здесь оказавшихся, но лучше бы было, чтобы они остались целыми. Правда, если придётся, можно будет дистанцироваться от Марсона и Вилза, выехав на кодексе. Он, кодекс, крайне не приветствует сексуальное насилие. Так что насчёт этого можно было не переживать, тем более, сейчас. В том состоянии, в котором Сол сейчас находился, он волновался только о том, чтобы быстрее соприкоснуться с упругой синтетической подушкой.
Ситуация была такова, что ему потребовалось быть сильным и энергичным почти сразу после выхода. В первую очередь для того, чтобы показать, что он всё ещё хозяин ситуации. Это обошлось ему очень дорого. Укол мощного стимулятора, после которого ты по-настоящему оживаешь, но на период времени, достаточный лишь для разрешения несложной ситуации, такой, как эта, а потом тебе становится ещё хуже. Хорошо, что его действие проходит не сразу, поэтому сейчас Сол смог закончить разговор с Хартом и, не слишком пошатываясь, уйти в свой корабль. Он называл его Акулой, да и себя ему хотелось ассоциировать с хищником, хоть сегодня он и упустил ситуацию из рук. Ненадолго, но и этого хватило, чтобы всё пошло наперекосяк.
Что до нынешнего положения, то Райли приглядит. Хотя она настолько холодна ко всем, что можно начинать опасаться за этих глупых детей. Но, оставалось надеяться, что хотя бы не допустит слишком яростного насилия и убийств. Но Солу в любом случае нужно поспать. Это будет долгое время, но в конце, учитывая, что они здесь задержатся, он сможет вздохнуть. Уж он поставит всех на место, но сейчас нужно было принимать в расчёт, что скоро он просто упадёт без сил и ничего не сможет сделать, так что конфликт пришлось отложить. Понадеяться на Райли, которая понимает, что он сейчас испытывает. Несмотря на энергию, пребывающую в его теле, он осознавал, что она искусственна, и в этот момент он берёт у своего тела в долг, который предстоит отдать уже в ближайшее время.
По пути он снова закурил сигару. Дым вулейской курительной смеси поддерживал и само сознание, и действие стимулятора, помогая Солу оставаться в силах и в реальности. Не шататься, пока ты идёшь - это самое главное. Ни у кого не должно появиться и тени сомнения в том, что он слаб. Нет, каждый должен верить в то, что главарь в любой момент может выхватить свой пистолет и продырявить голову любому, вне зависимости от того, кто это будет. Заблудившийся школьник или его недавний товарищ, который возомнил себя богом только потому что у него есть ствол.
Он в своей жизни и дрался, и сражался, даже потерял глаз и получил травму мозга, а что видели они? Ни единого серьёзного шрама, а мускульные усилители только для того, чтобы быть сильнее сугубо для себя, даже если в самых тяжёлых условиях, с которыми они сталкиваются, это не требуется.
Теряя сознание и переминаясь с одной ноги на другую, он прошёл к опущенной аппарели, бросив взгляд на всю группу построек просто для порядка. Нет, ничего необычного не было. Они выглядели ровно так, как если бы никто сюда не явился. Главное не столкнуться с дуболомами по пути до своей комнаты, но по расчётам они должны быть на другом конце корабля.
Внутри ему стало легче - не было утреннего света, напоминавшего ему о том, что день только начался. Соломону очень хотелось, чтобы сейчас была ночь, и это было нетрудно представить благодаря приглушенному освещению внутри корабля. Он уже начинал теряться в реальности, но пока ещё представлял, где находится его каюта. Он закрылся на замок, сбросил с себя тугой костюм и бухнулся в койку. Ему не верилось, что это наконец произошло. Что этот долгий заход, начавшийся с двух часов в капсуле навигации и продолжившийся неожиданными гостями на планете, закончился. В следующий раз, когда Сол снова будет в сознании, он уже определённо будет в силах управлять ситуацией.
Ноэл уже смирился с тем, что ничего не сможет сделать для себя и своих друзей. По крайней мере, сейчас, когда одно неверное движение могло спровоцировать дрона на атаку. Дыры, которые его пули проделали в двери сарая, не располагали к желанию рисковать. Сейчас нужно было поберечь силы, потому что момент, когда нужно будет действовать, неизбежно настанет, и тогда они ему понадобятся.
Он лежал, привалившись набухшей шишкой к холодному металлическому пруту, когда услышал шаги и возню в клетке, где сидели девушки. Открыв глаза и приподнявшись, он, к удивлению своему увидел рыжеволосую девушку, одетую в одежду из грубой кожи и обутую в прочные сапоги на небольшом каблуке. В руках у неё были тряпки, в которых Ноэл разглядел одежду.
- Выберите себе что-нибудь и переоденьтесь, - грубовато сказала она, пропихивая вещи между прутьев.
- Прямо тут? - спросила Чесси?
- Примерочную занял Марсон. Если ты не против его компании, то могу отвести.
- Спасибо, - злобно сказала Чесс, а потом посмотрела на Алекса и Брайана.
И они, и Ноэл вместе со своими сокамерниками уже отвернулись. Даже Коул, приникший к передней части клетки и ждавший, что же будет, не мог их видеть.
Девушки управились быстро. Одежда была измятой и не всегда подходила по размеру, но на фоне платьев, тем более разорванных, это было лучшим из того, что вообще могло бы здесь быть. Они переодели даже полубессознательную Китти, которая только что-то невнятно бурчала, но хотя бы не сопротивлялась. Всё это время рыжая стояла и смотрела за ними бесстрастным взглядом.
- Мне надо в туалет, - сказала Чесси, когда они закончили.
На ней теперь были потёртые светлые джинсы и голубая рубашка, которая хоть и была приталена, всё равно висела, потому что была ей велика.
Райли смерила её взглядом таким, как будто бы просьба о походе в туалет была неслыханной наглостью, но потом согласилась, достав, тем не менее, пистолет. Потом она отдала роботу команду на открытие двери.
- Вздумаешь дурить, пристрелю или отдам Марсону, - холодно сказала Рыжая.