Пролог
Первый звонок, второй, третий… пора! Они чинно, словно павы, проплыли по узкому коридору закулисья, по очереди поднялись по высоким ступенькам сцены и выстроились в ряд для поклонов. Актрис встретили бурными овациями, и вроде бы они уже давным-давно должны к этому привыкнуть, но нет. Каждый новый выход на сцену, словно дебют. Как же приятно снова испытать этот мандраж, новый прилив вдохновения, сил и энергии. Ради этих ощущений стоит жить. Вроде бы взрослые, зрелые женщины, а так искренне и совершенно по-детски радуются энергетике любви и счастья, исходящей из зрительного зала. Ах, как же много людей сегодня собралось. Огромный зал!
Вот они стоят и крепко-крепко держатся за руки. Стройные, улыбчивые, светловолосые, голубоглазые, статные, в одинаковых черных платьях. Такие счастливые, окрылённые, лёгкие. Пусть всего лишь на одно мгновение. Как же они сейчас похожи друг на друга! Удивительно! Не отличить… Невероятно… Скрытый за ширмами вентилятор треплет красивые прически. Женщины держатся так крепко, что кажется, будто вросли друг в друга и их не смогут уже разделить ни житейские катастрофы, ни пустые дрязги, ни происки журналистов и общественности. Нет, невзгодам никогда не сломить их творческую дружбу, ведь когда они вместе, то непобедимы, и вместе обязательно переживут любые трудности, невзгоды и боль.
Этих женщин объединяет его Величество Театр. Поразительно, но они так и не стали конкурентками, вопреки всем слухам и сплетням об актёрской среде. Зато по-настоящему сдружились, стали поддержкой и опорой друг другу. Момент триумфа — самый важный момент для любого артиста. Премьера… ах, как же много в этом слове с натурой творческой слилось, как много в нём отозвалось! Как же долго они ждали этого события! Как волновались!
Актрисы лучезарно улыбаются. Громкие аплодисменты, торжественная музыка, море цветов, поздравления режиссеров и спонсоров, радостные крики поклонников, автографы, приглашения на банкет. Шум, суматоха, яркий свет софитов, режущий глаза. Как же это утомительно, но, несмотря на это, сердце стучит всё быстрее и радостнее. Они всё равно очень любят своего зрителя. Если бы не было их — дорогих поклонников, зрителей-театралов, то никто бы из них, сейчас стоящих на сцене, не состоялся бы в этой творческой профессии. Поэтому они готовы служить искренне, беззаветно и от всего сердца. Ведь театр это вся их жизнь, любовь и смысл существования.
Их четверо, но именно в это мгновение они как единое целое, один организм. Они так похоже внешне, но на самом деле за душой у каждой из них своя отдельная история, своя жизнь, боль, любовь и драма. Они почти никогда не рассказывают о своих бедах друг другу, да им этого и не надо. Ведь они так давно работают вместе, что чувствуют любые изменения в настроении друг друга на интуитивном уровне. Вот сейчас они простятся со своими поклонниками, ради которых они и работают, торопливо выйдут из театра, сбросят привычные маски и останутся наедине с собой.
Так начиналась эта история… история четырёх женщин с одной стороны таких похожих внешне, но совершенно непохожих по своей сути.
Ира
Ира (Анна Багмет)
Старый муж, грозный муж, Режь меня, жги меня: Я тверда, не боюсь Ни ножа, ни огня. Ненавижу тебя… Я другого люблю. «Цыгане», А.С. Пушкин
Высокая молодая светловолосая женщина с точёными, правильными чертами лица торопливо собиралась домой. Репетиция закончилась, а она ещё хотела успеть встретиться с Владимиром. С Вовой-Вовочкой! Её Вовой! В скором времени он собирался на гастроли и обещал её взять с собой. Ну наконец-то она отдохнет от проклятущих семейных серых будней.
— Стой, погоди! — Ира окликнула возлюбленного. — Ты куда так бежишь? Мы как сегодня? Вместе поедем? К тебе или ко мне? — Да я понятия не имею, что делать! — парень взволнованно взмахнул руками. — А что такое? — женщина взволнованно подхватила его под руку. — Да по мне, куда ни сунься, всё то же самое. Так гадко, что сбежать хочется! — Ну, не расстраивайся ты так! — Ира улыбнулась ему обаятельной улыбкой, преданно заглядывая в глаза. — Всё нормально будет! Для этого же гастроли существуют! Гастролечки любимые, да? — она радостно засмеялась. — Н-ну, да — ухмыльнулся парень. — Я их жду, жду, тоже дождаться не могу! Когда же мы наконец-то останемся с тобой вместе. Представляешь, Питер, ты и я! — Я тоже, — промямлил Владимир, — жду… Гастролей. Поклонники, банкеты, эх! — Будем пить и танцевать! — мечтательно протянула актриса. — Ну, спектакли нужно играть ещё! — Да ну, ладно, спектакли пускай дураки, играют, а мы с тобой будем пить и танцевать! Да? — она смотрела на него в ожидании привычного поцелуя на прощание, но Дима так и не предпринял ни единой попытки проявить хоть немного нежности. — Слушай, холодно тут! — Скоро весна! — Да, скоро весна, ох, не знаю, дождусь ли её! — услышав сигнал автомобиля, Ира обернулась и увидела, что подъехал муж. — Ну пока! — с облегчением откликнулся Владимир. — Д-а-а, — грустно протянула она, — пока… — со взглядом побитой собаки она проводила своего любимого человека и с неохотой поплелась к машине мужа.