– Мам, точно! – мне совершенно не хотелось разговаривать на эту тему. – Ты же сама не хотела, чтобы я переезжала. Вот я и не перееду.
– Неважно, чего хочу я, – сказала мама. – Ты мечтала жить в Санкт-Петербурге. Твоя мечта для меня важнее.
– Мам, честно, я уже не знаю, о чем мечтаю, – без сил ответила я.
– Ладно, у тебя еще есть немного времени, чтобы передумать, – сказала мама и улыбнулась. – Я поддержу любое твое решение.
– Останусь в Москве, – ответила я с твердостью в голосе. – Питер теперь точно мне не подходит.
– Хорошо, – согласилась мама. – А ты не хочешь посмотреть, какое платье я тебе привезла?
– Очень хочу! – ответила я и вскочила с кровати.
– Вот, – мама сходила в бабушкину комнату и принесла платье мечты: короткое бархатное платье с рукавами-фонариками.
– Мама, – крикнула я и бросилась обнимать ее. – Это просто… Вау! Какое оно классное! Я думала, ты привезла какое-нибудь мое старое платье.
– В Новый год только в новом платье, – мама счастливо рассмеялась.
– Вот его бы на «Зеленый бал»… – мечтательно протянула я.
Когда стол был накрыт, мы все пошли переодеваться, чтобы встретить гостей нарядными. Свое платье я дополнила брошкой, которую подарила мне Рита. Сегодня я буду самой стильной, без скромности подумала я, нарисовав стрелки. Когда я зашла в гостиную, в которой одиноко сидел Марк, погруженный в новогодний фильм, мне стало немного неловко. От непривычно короткого платья или оттого, что мы находились в комнате одни.
– Соня, – Марк вскочил, когда увидел меня и, немного запинаясь, сказал: – Ты… Ты очень красивая… Тебе очень идет.
– Спасибо… Ты тоже… Тоже отлично выглядишь! – Марк действительно классно выглядел: белый свитшот, светлые джинсы и яркое новогоднее дополнение – носки со снеговиками.
– Можно я тебя поцелую, пока никого нет? – спросил Марк и, не дожидаясь ответа, поцеловал меня до головокружения. Чертов последний день. Ну почему?
– Мне тоже хочется танцевать, – очень тактично сказала бабушка, когда поняла, что мы не заметили, что она вошла в комнату. Мы с Марком немного отстранились друг от друга, но продолжили держаться за руки. Интересно, мы достаточно взрослые, чтобы не стесняться этого?
– Если вы не против, то я включу побольше света, пока мы все не сядем за стол. А потом сделаем более уютное освещение, – сказала бабушка.
– Конечно, – сказали мы с Марком и одобрительно закивали.
В дверь позвонили, и мы всей большой компанией вышли в коридор встречать гостей. Первым пришел Владимир Петрович со своей женой Анной Николаевной. Снежинка, недолго думая, прыгнула ему на руки в надежде сорвать с него серебристый галстук. В то время как Кефир заставил Анну Николаевну чесать ему живот.
– Ух ты! – отцепляя от себя Снежинку, вскрикнул Владимир Петрович, когда увидел маму. – Верунчик, ты тоже тут! Рад, очень рад!
– Привет, дядь Вов, – ответила мама, сильно смущаясь, и обнялась с ним.
В общей суматохе никто не заметил, что дверь тихонько открылась и в квартиру вошел… Дед Мороз.
– А кто готов рассказать стишок? – басом спросил он, привлекая внимание.
– Игорь! – радостно крикнула бабушка.
– Я не Игорь! Я Дед Мороз! – засмеялся он в ответ. – Читать стихи будете?
– Может быть, дети расскажут? – засмеялась Екатерина Романовна. – Они же в школе что-то учат.
– Вы для меня все дети, – засмеялся Дед Мороз. – Я же старый.
– Привет, Дед Мороз! Меня зовут Вова. Я весь год был хорошим мальчиком. Отдавай мой подарок, – засмеялся Владимир Петрович.
– Только после стихотворения, – сурово сказал Дед Мороз.
– Уговорил! – ответил Владимир Петрович и прочитал короткий стишок:
– Какой ты хороший мальчик, Вова! Подарю тебе и всем твоим друзьям подарки! – сказал Дед Мороз и достал из мешка пакет с мандаринами, ананас, сыр, икру и шампанское.
– Игорь! – бабушка всплеснула руками. – Ну все же уже купили! Куда столько еды?
– Смотри, как нас много! Все съедим, – довольный собой и произведенным эффектом, сказал он и снял накладную бороду и шапку.
Лицо Игоря Сергеевича мне показалось безумно знакомым. Точно!
– Ой, – сказала я. – Это же вы?
– Это я, – улыбнулся он. – Привет!
– А как это вы познакомились? – удивилась бабушка.
– А я подвозил твою внучку, когда она приехала в Питер, – рассказал Игорь Сергеевич.
– И вы прочитали мне прекрасное стихотворение… – опустив глаза от смущения, проговорила я.