Если слух собравшихся был обращен к речам митрополита, то взоры - на августейшую чету, стоявшую на возвышении и видимую каждым из толпы. Государь Николай Павлович, на котором, несмотря на утренний холод, был лишь тонкий суконный мундир, восхищал своею царственною наружностью, государыня Александра Федоровна - величественною красою.
Среди свиты императрицы стояла Софья Муранова с бриллиантовым шифром и голубою лентою на груди. Княжна невольно приподнимала лицо, чтобы удерживать в глазах слезы. Она затаила свою боль, ничего не рассказав ни Надине, ни государыне - вчера, получив известие о приговоре. И сейчас она изнемогала среди всей этой торжественности и не могла слиться с общею молитвою благодарности, что прежде наполнила бы восторгом ее детское сердце.
Евдокия пристально всматривалась в толпу, пытаясь найти Одоевского.
Прасковья, поправляя удивительно шедший к ней темно-зеленый берет, третьего дня подаренный папенькой, выглядела очень радостной и оживленной. Но иногда она грустно покачивала головою и в очередной раз отрицательно отвечала на вопрос Евдокии «Пашенька, ты не видишь его?»
Одоевский стоял на другом конце Марсова поля. Его глаза были закрыты, но это не выглядело предосудительным среди возносящей благодарения Богу толпы. Пытаясь думать о счастливом избавлении родины, он невольно молился о Евдокии, прося у Господа терпения и душевных сил для нее. Забывшись, он не услышал, как подошел к концу молебен. Голос Ольги Степановны прервал его молитву: «Владимир, ты такой рассеянный, вечно в своих мыслях», - говорила она и брала его под руку, а Одоевский слышал, что громкий одиночный голос митрополита сменил гул многотысячной толпы, пришедшей в движение. Он вглядывался в сменявшие друг друга лица и фигуры людей, вновь пытаясь встретить Евдокию. «Мы едем к Апраксиным», - поторапливала мужа Ольга Степановна, а он едва поспевал за нею, не готовый так скоро покинуть это место, дававшее пусть призрачную, но надежду.
Евдокия и Прасковья шли, державшись за руки, чтобы не потерять друг друга в толпе, но глядели в разные стороны. Они условились об этом заранее, в надежде на то, что так хотя бы одна из них сможет увидеть Одоевского. Вдруг Евдокии показалось, что всего в нескольких саженях от нее мелькнуло родное лицо, совсем недалеко, прямо за той дамою в красной шляпке, которую так легко заметить. Стараясь не терять его из виду, Евдокия ускорила шаги, склоняясь к сестре со словами: «Поленька, взгляни, пожалуйста, за той дамою в красной шляпке – это он, мне не показалось? Твой взгляд зорче». Прасковья, посмотрела, куда указывала сестра, и тут же недоуменно подняла на нее глаза: «Додо, ты же говорила, он будет в штатском?» Евдокия невольно остановилась. И вправду, за яркой шляпкой теперь виднелись штаб-офицерские эполеты. Но тут же шаги ее почти обратились в бег - она надеялась, что высокий офицер всего лишь загородил собою небольшую фигуру Одоевского. Прасковья бежала за сестрою, на ходу поправляя локоны и съехавший набок берет.
Вот они поравнялись с женщиной в красной шляпке и, провожаемые ее недоуменным взглядом, углубились дальше в толпу, следуя теперь за высоким штаб-офицером, который только издалека казался идущим прямо перед дамою. Но Евдокия была уверена, что Владимир шел невдалеке от этого господина, ведь ее взгляд оторвался от него лишь на долю секунды. И, наконец, она увидела и безусловно узнала его, идущего в какой-то сажени впереди. В тот момент Одоевский повернулся в профиль, и у Евдокии не осталось никаких сомнений. Теперь их разделял лишь тот высокий военный; Евдокия в неосторожности ударилась головою о его золотой эполет. «Простите, сударь», - только и успела пролепетать она, как забыла обо всем - и об офицере, и о боли, бьющейся в виске, даже о сестре, которая осталась где-то позади, выслушивая за нее извинения от военного, который отрекомендовался полковником Велегиным.
Тогда, повернувшись в профиль, Одоевский также не мог не заметить Евдокии, и теперь он был всего лишь в каком-то вершке от нее и чувствовал учащенное дыхание за собою. Но оба они понимали, что рядом идет Ольга Степановна, даже Евдокия, никогда прежде не видевшая ее, догадалась, кто эта полная, уверенная в себе женщина рядом с ним.