«Да я уж догадался, –» подумал Вален про себя. Но кивнул с самым серьёзным видом. А вот новость, что Наставники остановили распространение опасной информации, была важной. Вряд ли остановили навсегда, как говорится, что знают трое, то знает и свинья — но чем позже пойдут слухи, тем лучше. Тем эффективнее он сможет защитить себя.
— Всё понял? Хорошо, — Арама замолчала. Тщательно осмотрела Валена. — Дыхательных упражнений пока хватит. Теперь, когда твоя духовная энергия течёт плавно, проверим координацию движений и чувство равновесия. Да, понимаю, тебе не терпится закидать меня вопросами. Но уж позволь матери увидеть своими глазами, что с её сыном всё в порядке.
— Ну… — Вален изобразил смущённую улыбку. — Что я должен сделать?
Арама указала на неустойчивую с виду стройную пирамиду из камней, доходившую Валену до пупка:
— Запрыгни на вершину и постой там.
Вален задумался. С его потрясающим телом, такой трюк ему посилен. Или нет? Если прежний Вален был раньше способен на такое, то неуспех можно списать на душевные травмы, а вот если он способен не был, то после успеха так просто не отболтаешься…
Да ладно. Если Арама всё-таки не доверяет ему и раз за разом подозрительно ищет признаки одержимости, он обречён в любом случае. Кто ищет, тот, рано или поздно, найдёт. Даже то, чего нет. А уж тем более то, что есть. Выложившись по полной, он ничего не проигрывает, зато может порадовать человека, от которого зависит. И проверить себя.
Вален выровнял дыхание и попытался больше не думать, положившись на память своего тела. Примерился, присел и прыгнул, взмахнув руками. Ноги легко забросили его на нужную высоту — но едва лишь ступни коснулись вершины пирамиды, неустойчивые камни заколебались, начали выворачиваться. Чувство приближающегося падения тут же нарушило спокойствие, заставило мысли вернуться в голову. Несколько секунд он отчаянно пытался не упасть — тщетно. Вален рефлексивно сгруппировался на лету, но тут вес будто исчез из его тела и он плавно опустился на траву.
— Ну что ж. Когда ты был маленький, ты любил прыгать по этим пирамидам. Но устоять наверху у тебя выходило не всегда.
— А потом разлюбил что ли? Разве я не тренировался, чтобы стать практиком? — Вален сел и задал логичный вопрос.
Арама немного помолчала, прежде чем ответить:
— Нет.
Глава 4. Здравый смысл.
— Но как так? — воскликнул Вален. Его разум уже адаптировался к происходящему и работал всё быстрее. Вален надеялся на ответ «да», но заранее подготовился к ответу «нет». — Я хоть и не помню, но я же должен был хотеть стать сильнее. Или кому-то что-то доказать. Оттого и полез туда, куда простым людям лезть нельзя. А куда, кстати?
— В большинстве сект имеется запечатанное хранилище. Для волшебных предметов и техник, которыми в обычной жизни не пользуются: непонятных, опасных, требующих чрезмерную цену. Вот там-то тебя и нашли.
— Ну… — Вален не был знаком с миром, в котором очнулся, но предвидел нечто подобное. Смертельно опасной защитой не окружают обычную кладовку. — Почему меня вообще туда понесло, если жизнь простого человека меня устраивала? А если не устраивала, почему я не тренировался?
Арама нахмурилась, потёрла лоб, всячески показывая, что вопрос ей неприятен:
— Тебе ответить как моему любимому сыну или как желающему стать практиком? Подумай хорошенько!
Вален изобразил самый несчастный вид:
— Я потерял память, чуть не погиб, напугал и подвёл тебя, потому что оказался глупым и слабым. Больше такого не хочется. Я знаю, ты меня любишь, но ответь, как желающему стать практиком.
Арама снова покачала головой. Коснулась большим пальцем левой руки незамысловатого кольца из зелёного нефрита на среднем пальце. И в её ладони вдруг возникла полоска плотной бумаги, по которой бежал ряд непонятных Валену иероглифов.
— Хорошо, Вален. Может так и лучше — а то у меня уже скоро голова заболит от болтовни. Знаешь, в чём отличие практика от простого смертного? В том, что правильный ответ он добывает своим трудом, а не выпрашивает у других.
Она положила бумажный талисман на траву — и вдруг иероглифы на нём зашевелились, расползлись по поверхности, обрели глубину, превратились в разрезы на бумаге. Со странным шелестящим звуком, бумажный талисман начал увеличиваться, стремительно менять форму. Несколько секунд — и перед Валеном уже стояла фигура в бумажно-белой броне, украшенной сложными мистическими символами. Фигура почти человеческая, только безглазая голова стилизована под волчью.