— Господин наследующий ученик, — затараторил толстяк. — Не извольте гневаться, это всё недоразумение, мы хотели немного поучить младшего…
Но от Валена не укрылось, как он перекинулся взглядами с двумя товарищами. Не укрылось — и совсем не понравилось. Похоже, сейчас настоящую ошибку совершил именно он, Вален. Он вмешался, не успев послушать и подумать чуть подольше. Проклятые мальчишеские эмоции! Не мог он так лопухнуться по иной причине!
А он лопухнулся. Лишь заявив о своём присутствии всем и каждому, он сообразил, что очень здесь всё жестоко для обычной драки. И что не стоит полагаться на рациональную оценку рисков со стороны злобных, разгорячённых недорослей. Это ведь он, Вален, понимает — если мелкие недоумки его пришибут, то им крышка, такой подвиг ни за что не скрыть от Наставников и старейшин. А понимают ли это сами мелкие недоумки?
— Вы меня побеспокоили, — заявил он, придав лицу своё лучшее высокомерно-скучающее выражение, ничуть не выдающее его испуга. — Убирайтесь отсюда все трое. Чтоб я вас больше не видел и не слышал. Или об этом «недоразумении» узнает Наставница.
— Да, да, конечно, уже уходим — гуай-волк склонился в почтительном поклоне. Но при этом шагнул вперёд, ближе к Валену. Вален стиснул зубы, сражаясь с новой волной иррационального страха. Разогнувшись, гуай вновь глянул на громилу, уже поднимавшегося с пола. Ступня у того была залита кровью, но стоять он мог. Громила кивнул. Гуай шагнул ещё ближе.
Дальше несколько событий произошли одновременно.
— Хватай маменькина сынка! — заорал громила.
— Осторожно! — выкрикнул золотоглазый подросток.
А Вален дал выход своему страху. Да и всем прочим сильным чувствам, которые загонял в дальние углы души уже третий день — не только страху, но и гневу на других, и злости на себя за своё бессилие перед лицом могучих практиков. Дал тем способом, который показался ему естественным. Он со всей силы пнул гуая-волка в пах.
По бдительности тот не мог сравниться с тренировочной куклой. Удар прозвучал как если бы кто палкой заехал по куску сырого мяса. Полузвериная фигура согнулась, нечеловеческие глаза чуть не выскочили из орбит. Но Вален откуда-то знал, что эффект от неожиданной боли вряд ли продлится долго. Если противник хоть немного привычен к драке, через считанные мгновения шок сменится яростью.
Считанные мгновения шока — это масса времени в настоящем бою. Вполне достаточно, чтобы схватить и так уже согнувшегося противника за мохнатые уши и со всей силы впечатать колено ему прямо в морду. Что-то громко хрустнуло — то ли волчьи зубы, то ли позвонки, то ли кости в собственной ноге Валена, которую прострелило резкой болью. В пальцах осталась пара клочков шерсти, а гуая отбросило назад, его голова мотнулась, как у тряпичной куклы, он пошатнулся пару раз и рухнул на пол мешком.
У Валена не было времени на то, чтобы добить его для гарантии. Оставалось ещё двое противников! Нет, пока один. Золотоглазый вдруг нашёл сил на бросок и обхватил ноги толстяка, опрокинув того на пол. Толстяк был больше, тяжелее, не избит в кровь — почти наверняка быстро заломает избитого подростка. Но на какое-то время он нейтрализован! И очень вовремя, потому что на Валена уже набегал громила. Не слишком проворно набегал, с прокушенной-то ногой, за которой оставался кровавый след. Но и Валену не давала грамотно держать дистанцию простреливающая боль в колене.
Первого же обмена ударами Валену хватило, чтобы понять — громила физически сильнее. Заметно сильнее. Как минимум не уступает в скорости. И вдобавок — обучен драться. В голове промелькнула мысль — если в бою на кулаках оба противника понимают, что делают, то побеждает более крупный и сильный, а не более умелый. Взаимная хромота тоже играла против того, кто хлипче, не позволяя держать дистанцию. Вдобавок, победить надо быстро, пока толстяк не пришёл громиле на помощь. Значит…
Вален отшатнулся, отступил мелким шажками под яростным натиском, уходя в глухую защиту, стараясь только прикрыть голову. В узких чёрных глазах громилы блеснул огонёк радости. Ещё бы. Расфуфыренный сынок Наставницы на самом деле оказался слабаком, годным только на внезапные нападения и подлые атаки! Подсечка в ноги — Вален устоял, но на миг потерял равновесие. Громила широко размахнулся, чтобы заехать ему прямо в висок сильнейшим ударом справа — слишком широко размахнулся. Вален вдруг изменил ритм, сократил дистанцию, вместо того, чтобы пытаться её разорвать, ловко поднырнул под кулак противника. Одна из самых древних хитростей в мире — усыпить бдительность показной слабостью! Громила охнул, когда кулак Валена впечатался ему под рёбра. Попытался отступить — но Вален коротким движением здоровой ноги пнул прямо по рваной ране на щиколотке противника. Громила заорал, попытался отмахнуться кулаком почти не целясь — и тут темень в его глазах от боли сменилась искрами от короткого удара снизу в челюсть. Поразительно — этот удар подбросил всё тело громилы в воздух. Ещё поразительнее было то, что упав на каменный пол, громила попытался перекатиться и вскочить, лишь наполовину оглушённый. Но местные чудеса силы и выносливости не заставили Валена забыть основы боя.