Оритилл покачал головой снова:
– Вы рискуете всем миром, всей Нотерой, ради своих желаний. Впрочем, если мои слова до сих пор не убедили тебя отказаться от вашего безумного замысла, то не убедят и сейчас. Кроме того, следует признать, что если твоя оценка Арамы верна, то твои доводы вполне разумны. Хорошо. Я буду ждать и следить.
– Вот и замечательно. А как насчёт происшествия в запечатанном хранилище, без которого мы не вели бы этот спор? Узнал чего-нибудь новое?
– Проникновение в запечатанное хранилище – законная причина для большого расследования, равно как и для вмешательства в это расследование меня и моих учеников, первейших экспертов по волшебству в секте. Зал Наказаний допросил многих. Нашли одного гуая, который видел Валена тем утром. Запомнил он ту встречу потому, что поведение Валена показалось ему подозрительным – юноша неуклюже пытался не попадаться людям на глаза. Какой вывод можно из этого сделать?
–Думаешь Вален влез в хранилище не потому, что дурь вдруг шибанула в голову?
– Учитывая его поведение и то, что простое совпадение здесь выглядит невероятным, я теперь убеждён: встреча с экспертом, подавившим барьеры на входе, была совсем не случайной. Валена туда заманили. Довольно необычный выбор места для убийства, я могу заметить. Чтобы разобраться с барьерами не оставив следов и правильно выбрать время между обходами нужна информация о защите запечатанного хранилища, доступная лишь Наставникам и Хранителям Залов.
Глава 14. Что за девушка?
Зал Мечей вызвал у Валена смесь разочарования, раздражения и даже скуки. Несмотря на то, что сам его Хранитель устроил Валену целую экскурсию. А может именно благодаря этому. Ведь Хранитель оказался длиннобородым и многословным стариком, которому явно нужен был лишь повод, чтобы болтать без умолку.
На первый взгляд Зал Мечей впечатлял — грандиозное здание из тёмного базальта, с высокими стенами и потолками, терявшимися в полумраке. Стерегла его стража из оживших доспехов, под пустыми шлемами которых светились синие огоньки. И хранилась в нём богатейшая коллекция самого разнообразного оружия, развешанного по стенам, расставленного по стойкам, даже парящего в воздухе.
Но по мере того, как Вален выхватывал зёрна полезной информации из слов Хранителя, он всё больше склонялся к тому, что впечатляющий вид был именно видом. Красивым фасадом.
Во-первых, большая часть этого грозного арсенала мечей, с островками копий, глеф, топоров, посохов и более экзотических инструментов убийства, годилась лишь для учеников. Уже практика двух цветов было сложно убить простым оружием. Практика трёх цветов — почти невозможно. Разве что попасть через глаз в мозг очень сильным колющим ударом, или пырнуть во сне, когда он не циркулирует духовную энергию по телу. Когда циркулирует — его мускулы и кожа твёрже стали, в самом буквальном смысле.
Кроме простого оружия было, конечно, оружие волшебное. Им пользовались почти все практики. Например, летающими мечами. Один из них Хранитель продемонстрировал, разрубив невезучую мошку метрах так в тридцати. Но едва речь пошла о волшебном оружии, как Вален узнал ещё более печальное «во-вторых». Направляясь в Зал Мечей, он испытывал некоторую надежду, что покупка сильных волшебных предметов позволит ему возвыситься над другими практикам. Ага, держи карман шире. Как объяснил Хранитель, у таких предметов почти всегда есть требования к духовной энергии владельца, не соответствуя которым, их даже нельзя активировать. А если ты соответствуешь впритык, то активация может закончиться печально — оружие просто выпьет из тебя все силы. Исключения бывали, порой искусный зачарователь делал защитное сокровище специально для своей супруги, ребёнка или ученика — но такое случалось редко. Сокровища, не полагающиеся на духовную энергию хозяина были слишком дорогими и сложными, к тому же могущественный артефакт в руках слабака — мечта для практиков-грабителей.
В общем, схожие по силе практики, пользовались схожими по силе волшебными предметами. Например, почти у всех учеников побогаче на пальцах были кольца-хранилища, как у Валена.