Может просто забыть о ней? Мальчишеские глупости будут выглядеть вдвое глупее, если девушке он заранее не интересен.
Нет. Откуда вообще взялась эта мысль? Не иначе, как от обиды прежнего Валена. Разве Люме ему нужна как женщина? Никоим образом. Она ему нужна как источник информации. Информации о том, как к прежнему Валену подобрались враги. Хотя бы намёков на эту информацию!
Он едва ли мог случайно оказаться в запечатанном хранилище. Значит, его туда заманили. Но кто и как? Если Люме покинула территорию секты задолго до происшествия, то явно не она. Не удивительно, что Арама отмахнулась, когда Вален заговорил о «своей девушке» — Люме вне круга подозреваемых. Но при этом она — единственное существо, определённо общавшееся с прежним Валеном за последние полгода, когда Арама была в уединённой медитации. Пока не найдётся кто-то ещё — она единственная ниточка, по которой можно идти. Единственный источник, из которого хотя бы теоретически можно узнать, что там Вален вообще думал в эти полгода.
Ладно. Всё равно он пока слишком слаб, чтобы высунуть нос за пределы секты. Если Люме не вернётся к тому времени, как он станет практиком, можно будет про неё вспомнить. А сейчас пора в Зал Пилюль.
*****
В Зале Пилюль с утра было довольно много учеников. Точнее, в основном учениц. Но все они, даже самые юные из белых халатов, смотрели на Валена холодно и отвечали без энтузиазма. Похоже, его непопулярность среди сверстников была ещё глубже, чем казалось. Надежды на сбор информации в случайных разговорах пошли прахом.
Зато второй сюрприз, который Зал Пилюль преподнёс Валену, оказался приятным.
Читая «Науку небесного преобразования» и другие выданные ему книги, он уже узнал, что настоящая алхимия начинается с получением первого цвета ядра. Лишь тогда у практика появляется достаточный запас энергии и прорезается духовное чувство, что позволяет использовать техники. Основа создания чудодейственных пилюль — техника Преобразующего Пламени, позволяющая очищать эссенции материалов от всего лишнего и наносного в алхимической печи, а затем сплавлять эти эссенции друг с другом. В общем, казалось бы, сейчас Валену в Зале Пилюль делать нечего, теоретические основы можно изучать и дома.
Но взяв с полки толстый том «Десяти тысяч сочетаний внешних аспектов», поглядев на чем-то знакомую «таблицу аспектов» в его начале, полистав немного, Вален понял две вещи. Во-первых, то, что здесь называлось «низкой алхимией», «земной алхимией» или «псевдо-алхимией» для него было знакомым и узнаваемым. Очень во многом. Куда более узнаваемым, чем почти всё, что он встречал до сих пор. А во-вторых, оно ему было интересно!
Книги предупреждали не увлекаться низкой алхимией и заявляли, что её полезность для практика сводится к формированию навыков, которые потом помогут в алхимии истинной, от осторожной работы с ингредиентами, до чутья на закономерности.
Но практические вопросы отодвинулись сейчас на второй план.
Последние несколько дней Вален думал о выживании. Об адаптации к новому миру. О висящих над ним угрозах. О необходимости заложить основы для будущего возвышения. Почти не было времени подумать о том, кто он, собственно такой…
Хммм, на самом деле, столь чёткое следование принципу концентрации на первостепенном и конкретном, уже многое говорит о его истинном «я». Но разве сейчас не стало первостепенным лучшее понимание себя? Сейчас, когда чувства прежнего Валена так легко влияют на него? Если один взгляд вблизи на алхимическую реторту вызывает чувство привычного, то не вернуться ли какие-то из его воспоминаний, если он поставит пару опытов?
Зарезервировать для себя один из малых боковых залов и закупиться реагентами… а ведь слово «реагент» не встречалось ему в алхимических книгах, которые он начал читать, там всё называлось «ингредиентами»! В общем, получить всё необходимое для опытов, оказалось проще простого. Низкая алхимия была делом дешёвым, если сравнить здешние цены с тем количеством серебра, которое Арама выдала ему на карманные расходы.
Час спустя воздух зала был уже наполнен вызывающими всё то же чувство узнавания неприятными запахами, а Вален глядел то в один из двух раскрытых томов, то на происходящее внутри богатого арсенала стеклянных сосудов, расставленных на столе перед ним.
Услышав громкое жужжание над ухом, он вслепую отмахнулся от мухи. Но летающая дрянь оказалась назойливой. Отмахнулся снова и снова. Кажется, он неплотно задвинул дверь в малый зал. Хотя, погодите-ка, разве дома в Секте Шести Печатей не снабжаются заклинаниями, отпугивающими вредных насекомых?