Кантос хохотнул при этих словах:
— Хах. Наставница, ты я погляжу, всё делаешь вид, будто сурова к ученикам.
Вален покосился в сторону Кантоса. Та же отправка на «Восхождение из бездны» или сражение с бумажными солдатами, всерьёз пытающимися убить — это здесь называется «делать вид»?
Кантос заметил его реакцию и покачал головой:
— Эх, Вален, попробовал бы ты учиться у моего старика Кайлео. Как говорится, если у простого наставника ты плаваешь по быстрой, холодной реке, то у сурового там ещё есть водопад чуть ниже по течению. Арама — не сурова. Вот могу поспорить, она уже придумала пару способов как тебе победить, иначе б вообще запретила даже думать об арене.
— Суровости мне, конечно, недостаёт, — фыркнула Арама. — Даже ни разу не била учеников за наглость. Но ты прав. Есть способы дать Валену хорошие шансы. Даже очень хорошие, если Гелат будет самодоволен — но на такое счастье я бы не рассчитывала.
Она обратила взгляд на Валена:
— Твоя задумка неплохая. Пилюли запрещены на арене по правилам Смелости, вместе со всеми сокровищами. Но разве является сокровищем то, что не содержит духовной энергии и не прошло духовных преобразований? Постарайся только скрыть, что ты делаешь оружие для поединка с помощью низшей алхимии.
— Я прикинусь, словно низшая алхимия мне быстро надоела, а сам буду постепенно покупать ингредиенты и утварь. Нужные вещи приготовлю прямо здесь, а не в Зале.
— Прямо здесь, хм. Ну ладно, выводить дурные запахи заклинаниями несложно, — Арама чуть улыбнулась. — Да, неплохая задумка. Но этого мало. Во-первых, нужна идеальная закалка тела. Признаюсь — был у меня соблазн чуток подтолкнуть тебя к первому цвету пилюлями. Но нет. Мы будем делать всё строго по правилам. Ты понимаешь о чём я?
Вален кивнул. Лерия, как и «Начальное наставление Досточтимого Золотые Одежды» лукавили, утверждая, что за счёт пилюль цветов не набрать. Как и полагается утверждать, когда хочешь отвадить юнцов от лёгкого, но крайне опасного пути. Если не врали книги, дающие чуть более глубокое описание алхимии, то дело было именно в крайней опасности любых средств, дававший серьёзный эффект. Серьёзный — то есть, лучший чем простое проживание в месте, насыщенном энергией земли и неба, таком как Секта Шести Печатей. Наттар чуть не угробил себя, пользуясь природными алхимическими ингредиентами. А в самой слабой пилюле концентрация эссенций намного выше, чем в необработанных травах. И вреда может выйти намного больше. Исцеляющие пилюли неизмеримо безобиднее помогающих в культивации, но даже их надо было жрать осторожно, чтобы не отравиться. Вален едва не напугался, когда прочитал, что основой почти всех пилюль является ртуть. Успокоили лишь предупреждения в следующем абзаце: не давать стандартной алхимии детям, ещё не чувствующим духовную энергию, так как их организм плохо выводит токсины. И не злоупотреблять, а то даже практику может стать плохо. Понятно теперь, почему Арама ограничивала чудодейственное лечение одной пилюлей в день.
В общем, если пользоваться алхимией умеренно и осторожно, то для практика Секты Шести Печатей она была полезным, но не таким уж большим подспорьем. Позволяла немного сократить сроки или чуть облегчить прорыв. Если же про умеренность и осторожность забыть, то использование алхимии становилось игрой со смертью. Поиграть со смертью время ещё будет, когда он узнает достаточно и сможет сам рассчитывать риски. А сейчас Арама, конечно, говорила о первом варианте. Так что Вален ответил:
— Нет смысла торопиться по-мелочи. Раз уж нужна идеальная закалка.
— Именно так. Лучше не допускать даже трещинки в твоей основе. Даже намёка на трещинку. Не только потому, что тебе с Гелатом драться. Безупрежное завершение каждого этапа культивации — залог продвижения на высокие цвета.
Кантос насмешливо фыркнул. Арама холодно поглядела на него:
— Я гляжу, у тебя опять особое мнение, мой бывший ученик.
— Да так. Вспомнил, что присказку про «безупречное завершение каждого этапа культивации» выдумал Досточтимый Грозовой Пик. С его безупречным талантом и безупречным умением любоваться собой. На самом деле, — он обернулся к Валену с Наттаром, — никто знать не знает, где завершается закалка тела и завершается ли где-то вообще. Это доказал практик, которого теперь зовут Досточтимый Ненасытный, просидевший на закалке лет тридцать. Если рассказы не врут, он голыми кулаками убивал воинов двух цветов, прежде чем сам получил хотя бы первый. Просто есть уровень, после которого тело само начинает тянуться к духовной энергии и происходит прорыв. Почти у всех. Завтра я вам покажу, где этот уровень. Но в главном наша дорогая Наставница права. Лишняя спешка не нужна. Тебе Вален, нужно как следует подготовиться к поединку. А тебе, Наттар, вообще лучше не рвать жил, пока мы не убедимся, что твоё тело развивается стабильно. Что хмуришься, Наставница, разве я где-то сказал неправду?