Он церемонно огляделся по сторонам:
— Если есть те, кто считает новых учеников недостойными… Если есть те, кому новые ученики причинили обиды… Если есть те, кому тесно с новыми учениками под одной крышей… Выступите вперёд и скажите об этом сейчас, чтобы не таить скрытой злобы против собратьев по секте!
Традиционное предложение, обычно остававшееся без ответа.
Обычно, но не сегодня. Прозвучали резкие звуки шагов по отполированному каменному полу, и на центральное пространство храма выступил Гелат. Вален уже давно заметил его на противоположной от Арамы с Наттаром стороне зала. Со времён их последней встречи он стал выглядеть ещё болезненнее. Казалось, что ему трудно даже ходить — и вместе с тем казалось, что в его костлявом теле таится чудовищная сила, достаточная, чтобы безо всякой Печати Мускулов первым же ударом снести нынешнему Валену полголовы. Похоже, что он прорвался на второй цвет. Раз уж духовное чувство Валена вдруг выдало такие противоречивые впечатления, значит, уровень развития Гелата оставался намного выше его собственного. Значит, именно впечатление о чудовищной силе было верным.
— Я считаю практика Валена Вена недостойным! Мне он причинил обиду! И мне с ним тесно под одной крышей… нет, под одним небом!
Стоявшие рядом с Валеном ученики зашушукались. Наставник Юламар равнодушно поглядел на Гелата:
— Наследующий ученик Гелат Зот. Желаешь ли ты поведать, в чём причина твоей вражды к наследующему ученику Валену?
— Желаю!
Вален усмехнулся. Ну что, скелет, решил окатить меня грязью перед всеми, в надежде, что я сам вызову тебя на поединок? Позволю выбрать правила, по которым мне сразу крышка? Попробуй, попробуй. Посмотрим, сумеешь ли ты придумать брань, которая не оскорбит Наставницу Араму и в её лице всю — секту.
Гелат заговорил, уставившись Валену прямо в глаза:
— Я считаю его недостойным, потому, что он лишён качеств практика. Убогий талант в семь звёзд и никакого усердия! Даже сейчас, почти в шестнадцать лет, он бросает все дела, за которые берётся. Его прорыв — заслуга лишь его Наставницы! Как и всё остальное в его жизни.
Шушуканье учеников за спиной Валена стало громче. И одобрительнее. Но сам он и бровью не повёл.
— Но ладно бы это, — Гелат звучно щёлкнул пальцами. — Ну не дано человеку стать хорошим практиком, бывает. Мог бы счастливо прожить свою маленькую жизнь как простой смертный!
Пара учеников ахнули, словно услышали непредставимое оскорбление. Даже Вален, против своего ожидания, испытал гнев. До прорыва он считал, что людей и гуаев на путь практика влечёт надежда получить силу, власть и долголетие. Но сейчас, прочувствовав, насколько ярче и полнее воспринимает мир практик, по сравнению с обычным обладателем духовной энергии… Сейчас он уже не был так убеждён. Предложение «счастливо прожить жизнь как простой смертный» вдруг начало звучать как «счастливо остаться калекой».
Но на лице Валена чувства не отразились. Он продолжил слушать с выражением снисходительного высокомерия. А Гелат всё распалялся:
— Хуже то, что Вален — грязноротый лжец и подлец! Об этом все знают! Он погубил Ламана, который мог стать достойным практиком Секты Шести Печатей. Он так и будет лгать, брызгать ядом и гадить везде, где сможет. Он даже в подручные себе выбрал мерзкого змеёныша, подставившего под изгнание трёх будущих учеников!
Всё-таки, плохой из Гелата клеветник. Похоже, он говорил лишь то, во что сам верил. Вален на его месте добавил бы красочных подробностей и не упустил бы прекрасную возможность пнуть ниже пояса. Тем не менее, на оскорбление в адрес собрата-ученика надо отвечать. Ведь сам Наттар был в зале и всё слышал.
— Гелат. Ты пришёл сюда просто побрызгать слюной? На меня и моего друга? Мне уже надоел твой унылый лай. С разрешения почтенного Наставника, я пойду. Или ты ещё что-то хочешь сказать?
Гелат сжал кулаки:
— Хочу, бесстыдный ты поганец! Я вызываю тебя на поединок практиков! И буду ждать завтра на арене!
— И я там буду. Дерёмся по правилам Смелости. Если смелость у тебя есть. Или ты горазд ругаться только пока у тебя цветов больше?
— Я принимаю эти правила. На арене посмотрим, кто на что горазд, — ответил Гелат. Он вдруг сразу успокоился. В запавших чёрных глазах блеснуло чувство, которое Вален интерпретировал как злобную радость.
*****
За ужином Вален пересказал Кантосу произошедшее в храме и добавил свою оценку Гелата: