— У нас с тобой уговор, ты согласилась быть моей, — Тэхён пытался говорить более лояльно, чтобы снова не сорваться на ней, — но ты грубишь мне, сбегаешь из моего дома и заставляешь силой брать тебя.
— Да потому, что я не хочу с тобой спать! — закричала Юни, она размахивала руками перед глазами парня, который пристально смотрел на неё исподлобья, как хищник, но она этого не замечала, а всё вопила, — как ты это не поймёшь? Ты вроде бы взрослый парень, а мозгов совсем нет! Ты никому не нужен, с тобой ни одна девушка не захочет переспать по обоюдному согласию, ты же всех берёшь силой! Ты не целуешь, не гладишь тело, не делаешь так, чтобы я действительно этого захотела! Да я бы лучше ещё раз с Чимином переспала, чем с тобой!
Ким закрыл глаза, делая глубокие вдохи, переваривая её слова, она действительно начинает его бесить, причём очень сильно. Наверное он скоро пожалеет, что помог ей и связался с ней. Зубы скрипнули, резко распахнулись очи парня и из них сверкнула чёрная злость, Юни от испуга успела только приоткрыть рот, как её уже кинули на кровать. Опять терпеть насилие.
— Поцелуи, говоришь, тебе нужны! — рычал Тэхён, снимая с себя пиджак, — будут тебе и поцелуи, и прикосновения!
— Не надо..., — жалобно мычала девушка, но это бесполезно. Парень уже не слушал её, он заламывал ей руки и полностью обездвижил. Его игра началась.
Горячие губы парня впивались в нежную шею, оставляя за собой багровые отметины, которые будет весьма проблематично скрыть. Ким кусал кожу, проводил по ней языком, пока свободная рука блуждала по девичьему телу, с силой сжимая талию. Она хныкала, но больше не кричала, сил не было. Ли не на шутку разозлила Тэхёна. А сейчас она глотала слёзы, когда он сжимал руку на её шее так, что не могла даже отвернуться. Низко, мерзко и так жалко выглядит в руках разъярённого хищника.
— Мудак, — еле выдавила из себя Юни.
— Можешь хоть сейчас замолчать? — он совершенно спокоен, хотя глаза выдавали обратное. Такой яростный взгляд она видела лишь у голодных дворовых псов. Он с цепи сорвался, готов перегрызть глотку, потому что почувствовал наконец-то страх. Но Ли не знала, что внутри Ким Тэхёна разгорелась не только злоба, но и вожделение, страсть. Ему давно хотелось поставить её на место, чтобы она не смела даже подумать что-то поперёк его слову. Парень хочет подавить её, приручить, показать, где её место.
Юни в ужасе, и парень чувствует это. Он усмехался, злорадствовал, грубо впивался в её губы, кусая их, терзая до крови. Ким отпустил её запястья, но другой рукой продолжал давить на шею, не давая ей сделать попытку вырваться из цепкой хватки. Тэхён стащил девушку с кровати, а после реши опустить её на колени. Она смотрела на него с особой злостью, чувствуя себя униженной до невозможности. Ему лишь осталось загнать её под плинтус, откуда не выбраться уже из-за её весьма болтливого рта.
— Только попробуй укусить, — парень говорил тихо, но от этого его голос звучал ещё более жутко. Юни начинала верить, что все его угрозы выльются в действия. Взгляд выдаёт зверя, перед ней больше нет того самого Тэхёна. — Я отрежу тебе язык.
Всё, что она могла — покорно обхватить его достоинство своей маленькой ладошкой, медленно отправляя его в рот. Никогда в жизни она не чувствовала себя более ничтожной, чем сейчас, на коленях перед парнем, который так её бесит. Если бы Ли только думала, перед тем как говорить. Юни хотелось, чтобы всё это закончилось. Тэхён же еле сдерживал себя. Её покорный взгляд, полный безысходности, сводит его с ума, а горячий рот доставляет массу удовольствия. Но парню становится мало и этого. Он хочет вытрахать всю душу, чтобы перечить ему не посмела больше.
Тэхён хотел бы сделать и ей приятно, растянуть этот момент, но мужская обида взяла верх, девушка затронула его гордость. Сама виновата. Она хотела, чтобы он наконец отпустил её, но это нереально. Юни бы хотела, чтобы во время изнасилования она хотя бы могла не видеть его лица, а он — её, жалкого и заплаканного. Но даже этого она не получит.
Ким задрал её футболку, подхватил под бёдра и кинул спиной на кровать.
— Если будешь называть меня по имени, — девушка старалась не смотреть на него, снова начиная плакать, а он продолжил: — то обещаю, что тебе будет не так больно.
Она молча отвернулась, глотая ком в горле, но тут же вскрикнула, вцепившись в широкие плечи парня. Тэхён начал двигаться так же резко, как и вошёл. Девушка кричала, ощущая в себе всё больше и больше человека, которого ненавидит всем сердцем. И сдалась...
— Тэхён..., — простонала она ему в шею, отчего у парня появились мурашки. Он остановился и приподнял её лицо за подбородок, заставляя Юни посмотреть на него. Глаза опухшие и красные от слёз, щёки бордовые, губы кровоточат, вся шея в синяках, но она всё так же прекрасна, как кажется его больному разуму. — Тэхён...