Ликург, с которым Эйрих уже беседовал на эту тему, выразил своё нежелание освобождаться, потому что хочет войти в историю как верный раб самого Эйриха Ларга, а не как какой-то освобождённый им грек. Странная логика, но что-то в этом было, потому что в историю Ликург точно войдёт.
К слову о рабах. В захваченных городах рабов было очень мало. В основном, домашние, некоторое число мастеровых, но почти ни одного для работы в полях. Это напрямую связано с тем, что местные латифундисты полностью перешли на колонат и в закупе рабов для их последующего истощения на сельхозработах не нуждались.
— Да, господин? — выехал из-за всадников раб.
— Как только возьмём город, внимательно проследи, чтобы с городской казной не случилось ничего плохого, — приказал ему Эйрих. — Выделяю тебе для этого двадцать воинов из избранной дружины. Когда казна будет в безопасности, начинай принимать дела и искать подходящих людей из простолюдинов — им дальше жить в этом городе, поэтому в их же интересах, чтобы к власти пришли компетентные люди. Сам знаешь, где искать.
Обычно, подходящих людей удавалось найти среди низших и средних бюрократических служащих, хорошо осведомлённых об истинном положении вещей в городе, чего хватало на первое время. А потом, после того, как в городе избирался народный трибун, начиналась выборная постановка людей на должности. Огрехи и ошибки, само собой, случаются постоянно, но Эйрих передаёт судьбу горожан в их собственные руки, а не нанимается к ним в домашние рабы, чтобы по мановению мизинца исполнять любой каприз. Не хотят, чтобы у них всё стало нормально, Сенат всегда готов отправить специальную комицию, чтобы найти и наказать виновных, а также навести порядок.
Города, на самом деле, имеют не такую высокую значимость, как кажется некоторым горожанам. Главное — это земля и пахари на ней. Есть обрабатываемая земля — есть еда, есть города. В ином случае, горожане разбегаются, оседают на чужих землях и создают кучу проблем местным властям.
Приятно, конечно, когда есть города с многочисленными мастерскими, изготавливающими всё, что нужно легионам, но без земледельцев ничего этого не будет, поэтому важнее всего земля и пахари на ней.
Эйрих всё это понимал, поэтому сильно рассчитывал на благотворные итоги его масштабной аграрной реформы. Пусть есть проблемы с инструментами, которые решаются с помощью централизованного закупа потребного через сенатскую казну и раздачи инвентаря нуждающимся хозяйствам, пусть есть недовольные качеством выданной в обработку земли, но Эйрих уже видит результаты, и они хорошие. Готы растратили накопленный жирок на обустройство, при посильной помощи пока что не расформировавшихся общин, а в следующем году уже должны начать первую посевную.
Тут-то и сказались инновации Эйриха. Волов на всех, естественно, не хватало, поэтому новоиспечённые мелкие землевладельцы вынуждены брать всучиваемые им эйриховы хомуты, после чего запрягать в плуги лошадей, коих у готов весьма приличное количество, благодаря трофеям с битых вандалов, маркоманнов и гуннов. Почва тут сочная и мягкая, быстро согревается после зимы, то есть отлично пригодная для вспахивания лошадьми, поэтому подсчёты Эйриха обещают успешное завершение сева.
Ещё его подсчёты гласят, что из 1 425 739 югеров пахотной земли, имеющейся в Венетии и Истрии, роздано только 1 237 600 югеров, а остальное либо не нашло желающих, либо ответственные люди ещё не успели разделить и демаркировать. Считают ведь землемеры, многие из которых стали землемерами сравнительно недавно, поэтому пройдут годы, прежде чем будет наведён надлежащий порядок в землеустройстве. Впрочем, время есть, а Эйриху был важен результат — максимум обрабатываемых земель, а не как при римских латифундистах…
Когда он узнал, как предпочитали вести свои дела некоторые особо одарённые образчики, то сначала даже не сразу поверил. Оказалось, что когда наблюдалась нехватка рабов для обработки всей площади земли, даже с учётом полного истощения наличных рабов, латифундист предпочитал не делать с этим ничего, надеясь на удачу в следующем году. По каким-то причинам, некоторые латифундисты считали, что колонат не так выгоден и не надо сдавать землю в аренду, ведь в следующем году, когда совершенно точно откуда-то возьмётся много рабов, можно заколотить по-настоящему большие деньги, а не «жалкие крохи», что получают галльские латифундисты со своих колонов.