Ради выделения этих, не таких, как все, командующих, Сенат выработал даже отдельное название — трибун целеров. Особый статус, задуманный Эйрихом «якобы особым», неожиданно стал полноценным, потому что в схолах служит племенная знать, а ещё это два легиона под прямым управлением Сената, что тоже особое обстоятельство. В общем-то, это конкурирующий с ординарными легионами род войск, а это очень хорошо — здоровая конкуренция почти никогда не вредна.
Легион полностью прошёл через Марсово поле, после чего покинул город и сразу же направился в свой каструм, чтобы забрать обоз и пойти к своему оборонительному рубежу.
«Тревожно, конечно, что Балдвин ещё не прислал ответа…» — подумал Эйрих.
Второй раз избранный вторым консулом Балдвин Сладкоречивый, в очередной раз отправился в долгий путь, который лежал к землям Сасанидов. Был риск, что восточные римляне захотят его перехватить, поэтому он вышел тайно, в составе торгового конвоя.
Два месяца назад он уже должен был достичь пункта назначения и отправить гонца с докладом, но от него ещё никто не пришёл.
Идея Эйриха с посольством к Сасанидам самому Балдвину очень понравилась, но через Сенат они действовать не могли, поэтому посольство секретно даже для сенаторов. Вообще, второй консул оказался рисковым мужем, раз согласился на такое.
Задача Балдвина — выйти на контакт с шахиншахом Йездигердом I, задобрить его очень щедрыми дарами, а также договориться о совместных действиях в случае конфликта готов с римлянами обеих империй. Если Феодосий II атакует восточные рубежи Готской республики, а это очень вероятно, будет очень хорошо, если Йездигерд I направит свои войска в наступление, вероломно нарушив «вечный мир», с целью захватить Сирию, Иудею и, если повезёт, Египет. В перспективе это очень усилит персов, но с ними придётся разбираться потом, если вообще придётся.
— Это было… красиво, — произнесла Вигилинда, стоящая рядом.
— Как красота меча или копья, — усмехнулся Эйрих. — Но как и у меча или копья, стезя легионера — убивать. И это тот меч, который нам ещё не скоро предстоит перековать в орало…
— Как скоро ты снова уйдёшь? — спросила Альбоина, гладя изрядно округлившийся живот.
Их «активные действия», наконец-то, начали давать свои результаты, причём сразу вдвойне — Альбоина уже основательно беременна, а Вигилинда только в начале пути, но тоже округлилась в нужном месте. До этого все их попытки не приносили никакого эффекта, но затем Эйрих серьёзно подошёл к вопросу, а не действовал от случая к случаю.
Две женщины поладили между собой, в основном по причине вмешательства Эйриха. Изначально у них была взаимная нелюбовь, но экстраординарный военный трибун имеет богатейший опыт по налаживанию взаимопонимания между десятками женщин…
— Как только римляне решатся на вторжение, — пожал плечами Эйрих. — Они точно решатся. И тогда наши мечи будут пущены в ход, чтобы с достоинством и честью отстоять наше право на эти земли.
Сенат, вопреки тому, что можно было ожидать, не расслаблялся по вопросу возможного вторжения римлян. Все понимают, что Италию они просто так не оставят и будут предпринимать многочисленные попытки, чтобы вернуть её обратно. Будет настоящая бойня, что отнимет жизни у десятков тысяч…
— … тебя срочно вызывают в Сенат, трибун! — сообщил посыльный.
— Началось?! — спросил Эйрих, уже начавший спешно одеваться.
— Гонец прибыл из Регии, сообщил, что римский флот полностью оцепил Сицилию и высаживает туда легионы! — ответил посыльный. — Тебя срочно зовут в Сенат!
Регия — город на самом кончике «итальянского сапога», поэтому неудивительно, что с Сицилии успели передать туда сообщение.
Эйрих, завязавший пояс с ножнами, обулся и пошёл вслед за посыльным.
Ничего удивительного Флавий Аэций не выкинул, потому что Эйрих ожидал, что первым делом они высадятся на Сицилии. Потому что это логично.
Только вот западный консул не ожидал, что все крупные города там будут основательно укреплены, оснащены крупными гарнизонами, осадными механизмами и наполнены провизией для многолетней обороны. Просто так эти города не взять, поэтому римляне потратят на Сицилию гораздо больше времени, чем они могут ожидать.
Эйрих запрыгнул на лично осёдланного Инцитата и поехал к зданию Сената.
На дворе лунная ночь, но из витражных окон здания исходит свет многочисленных лампад. Все ждали этого момента, боялись, но ждали, поэтому собрались оперативно, оставив сон.