— Что за аркобаллисты? — поинтересовался сенатор Сигумир Беззубый.
— Это такой лук, из которого очень легко пробить кольчугу, — ответил Эйрих. — Нужно будет обучить две центурии, а также подумать о том, где взять ещё аркобаллист или всерьёз озаботиться собственным производством — мы испытывали их во время похода и я уверяю вас, почтенные сенаторы, что кольчуга не держит стрелу из аркобаллисты на расстоянии до ста шагов.
На это римское изобретение Эйрих возлагал некоторые надежды. Главное — кольчуги, даже римские, являлись недостаточно надёжным препятствием для аркобаллист, что делало их крайне ценными против римлян. А ещё, как самостоятельно убедился Эйрих, стрелять из аркобаллисты стократно легче, чем из лука. Не надо учить стрелка годами, нет сильной зависимости от личных характеристик, таких как глазомер, острота зрения, выносливость и точность мелких действий руками.
Обучить можно было хоть тысячу аркобаллистиариев, но вот вооружить каждого из них — это очень дорогое удовольствие. Каждая аркобаллиста, купленная Эйрихом в Филиппополе, обошлась ему в триста пятьдесят силикв, за которые можно было снабдить троих легионеров оружием и бронёй.
Но была причина, по которой Эйрих пошёл на эти излишние траты. А заключалась она в тангутах.
Во времена их покорения, войско Темучжина столкнулось с особым видом метательного оружия, представлявшего собой необычную аркобаллисту, выпускающую множество стрел подряд, пока не исчерпается их запас в коробке над механизмом.
Истинный дождь из стрел — вот чем осыпалось монгольское войско с крепостных стен города Сучжоу. Сопротивление было ожесточённым, но город пал, после чего Темучжин приказал вырезать всех жителей. Гора из отрубленных голов была оставлена в назидание остальным.
Причиной вырезания жителей было не ожесточённое сопротивление, а то, что Темучжин был зол на тангутов, посмевших оскорблять его, но сейчас он понимал, что сильно погорячился тогда. Гораздо полезнее было бы сначала забрать всех мастеров и учёных, а уже потом вырезать остальных, но очень легко рассуждать потом, как надо было бы действовать…
— Пусть об этом болит голова у консула, — махнул рукой сенатор Осгар из Зелёной фракции. — Ты лучше нам подробнее расскажи о тысяче римлян, что сейчас копошатся под деревней.
— Люди это надёжные, — вздохнул Эйрих. — Каждый из них — опытный легионер, десятки зим служивший в римском войске. Они лучшие, по заверению консула, поэтому лучше всего подойдут для обучения наших юношей римскому военному делу. Я хочу создать легион, состоящий из наших людей, чтобы они знали римскую воинскую науку не хуже самих римлян и представляли собой полноценную силу, способную сокрушить любого врага. И вот об этом я и хотел поговорить…
— Денег хочешь? — сразу же понял, о чём ведёт речь Эйрих, сенатор Сигумир Беззубый.
— Оружие и брони мы уже получили… — начал Эйрих.
— Денег нет, — перебил его Сигумир Беззубый. — За свой счёт это делай, мы и так выделили тебе достаточно денег на твою затею.
— Опять за всех говорит, старый хрыч! — возмутился сенатор Дропаней. — Нет, я точно тебе башку клюкой проломлю!
— Прекратить! — воскликнул сенатор Торисмуд. — Ты уверен в том, что эта затея завершится успехом, претор Эйрих?
— Уверен, — ответил мальчик. — Здесь ведь нет людей, сомневающихся в моих способностях?
Повисла тишина, сенаторы начали переглядываться и перешёптываться.
— Я знаю, как сделать несокрушимый легион, способный уничтожать римских комитатов и даже побеждать гуннов! — заявил Эйрих. — Но для этого мне нужны средства и ваша поддержка. Помните, почтенные старцы: на кону величие остготского племени. Будет легион — будем непобедимыми. Не будет легиона…
— Это мы поняли, претор Эйрих… — прервал его Торисмуд, знавший, что Эйрих умеет заражать сенаторов идеями за счёт ораторского мастерства.
— Нет, мы послушаем, — не согласился с ним сидящий рядом отец Григорий. — Продолжай, сын мой!