Китайские источники, повествующие о встрече монгольского хана с просвещенным аристократом, которым, по-видимому, был Елюй Чу-Цай, несвободны, конечно, от некоторого приукрашивания. Бывший советник Утубу играет роль одновременно двусмысленную и непонятную: киданец, он становится соратником рузгенов, видимо, следуя семейной традиции, затем появляется в роли своего рода цензора Чингисхана, победившего его бывших хозяев. Шел ли он путем учителя Куна — Конфуция, — реформатора, проведшего большую часть своей жизни в поисках властелина, который согласился бы доверить ему княжество, где он мог бы применить на практике свое учение? Во всяком случае, после смерти Чингисхана, Елюй Чу-Цай продолжает приобщать Угедея, преемника великого хана, к политическому руководству. Без сомнения, Елюй Чу-Цаю не всегда удается — далеко не всегда — смягчить чрезвычайную жестокость военных методов монгольского принца, но хотя бы убедить его, что она должна иметь предел и что кочевники не должны систематически уничтожать оседлые государства.
Став властелином северного Китая и его пятидесяти миллионов подданных, великий хан применял некоторые административные меры, существовавшие в этой стране. Писцы, секретари канцелярии и переводчики, работавшие в Орде великого хана, играли все возраставшую роль при летучем дворе хана. Расширение монгольской империи требовало создания корпуса послов и гражданских должностных лиц. В ходе побед значительные трофеи переправлялись целыми обозами, состоящими из повозок, в собственно Монголию, где «конторы» счетных работников, служащих казначейства и экспертов занимались подсчетом и распределением этих внезапно приобретенных богатств. Чиновники были почти все уйгурами, киданями или китайцами. Все в разной степени эволюционировали под влиянием китайской цивилизации. Мало-помалу, они стали необходимой частью монгольского двора и образовали костяк будущей чингисидской администрации.
Глава XI
МРАК НАД СТРАНОЙ «ТЫСЯЧИ И ОДНОЙ НОЧИ»
После вторжения монголов мир пришел в беспорядок как волосы эфиопа. Люди стали подобны волкам.
Китайская война длилась уже пять лет. Она продолжится до 1234 года. Но Чингисхан вместе со своим генеральным штабом не участвовал в ней с января 1217 года, оставив своего верного товарища по оружию Мукали (дав ему титул вице-короля Маньчжурии) ответственным за операции в Северном Китае. Неутомимый наездник, он займется организацией своих полков, вводя в них большое число киданей и китайцев, черпая их из людских ресурсов густонаселенного Китая. Он погибнет в бою в 1223 году. Цзини погрязли в двадцати безрезультатных сражениях; эта затянувшаяся война уничтожает их живую силу, в то время как их территория все больше суживается вокруг императорской столицы Кайфына. Династия рузгенов еще правит в Хэнани и в отдельных областях Шэньси, Шаньдуна и Шаньси, хотя значительная часть этих провинций вышла из под ее контроля.
Если Чингисхан вернулся в свой лагерь на берегах Ке-рулена, то это произошло потому, что Центральная Азия стала ареной важных событий. Вы, конечно, помните, что в 1122 году кидани, царствовавшие в Северном Китае, были изгнаны рузгенами, основавшими Цзиньскую династию. Большинство киданей признавали оккупантов — до монгольского вторжения, когда многие из них перешли на сторону врага, надеясь, может быть, с его помощью вновь получить бразды правления. Но меньшая часть бежала на запад, где основала государство Каракитаев, между озерами Балхаш и Иссык-Куль и по течению рек Или, Чу и Талас, в зоне аллювиальных долин и озер, которая соответствует южной части Казахстана. Найман Куч лук нашел там приют и даже умудрился стать зятем вождя каракитаев, гурхана. Но, войдя в империю со многими тысячами вооруженных людей — найманами и меркитами, — он не замедлил организовать заговор против своего покровителя, ослабевшего с возрастом.
В 1210 году Кучлук завязал тайные отношения с шахом Хорезма, соседней империи. Вскоре после этого его новый союзник Мохаммед захватил часть территории Каракитаев, но вынужден был отступить, столкнувшись с контрнаступлением, угрожавшим Самарканду. В это же время Кучлук восстал против своего тестя. Во главе своих сторонников он вошел в Фергану, взял Узкенд и двинулся к столице Каракитаев, Балазагхуну. Гурхан немедленно принял меры против зятя, но на Хорезмском фронте был вынужден отступить. Одновременно в столице вспыхнуло восстание тюрков против властителей Каракитаев. Воспользовавшись смутой, Кучлук в 1211 году захватил власть, поместил своего тестя под домашний арест, делая вид, что по-прежнему признает его гурханом. Впрочем, кажется, со стариком обращались с должным почтением до самой его смерти (в 1223 году).