- Сам такой.
- Что-о?!
- Признай, просто тебе обидно, что ты ее не раскусил с самого начала. Ведь мы же уговорились -- если она сама сбежала и ей не нужна помощь, мы ее оставим в покое. Кажется, она явно знала, что делала, как ты и сказал.
- Мардж Никсон, отчего ты настолько великодушна?
- Оттого, что это -- не мое дело, Гарольд Кингстон. И не твое тоже. Тебе нравится обводить людей вокруг пальца, но ты не выносишь, когда они проделывают такое с тобой.
- Конечно, за испорченный инвентарь платила не ты. Ты же гость.
- С вас содрали плату?!.
Гарольд кивнул со снисходительной улыбкой:
- Кто-то должен покрывать убытки, глупенькая.
- А почему вы мне не сказали?.. Я тоже... - она расстегнула молнию сумки и стала шарить в ней рукой.
- Перестань, Мардж, - махнул он рукой предупреждающе. - Ничего ты не должна.
- Но я...
- Просто прими чужие добрые намерения, ладно?
- Ну, спасибо...
Он нажал на газ, обгоняя очередную улитку по встречной полосе. Автомобиль довольно загудел, и приятно вжало в сиденье. Унылое скопище кучевых облаков, усталая зелень жидких лесков и полей, одиночные серые жалкие домики, а душа поет. Что поделаешь, таков факт, убегай от него или нет -- он рад присутствию Мардж, какой бы наивной врединой она ни была.
Вредина не преминула отозваться:
- Но все же... не лучше ли оставить это дело?
- Я думал, ты не привыкла отступать.
- Но иногда упрямство не к месту. Должна ведь у нее была быть какая-то причина? Почему ты так просто списываешь все на злой умысел? Зачем Еве Спурри было чинить неприятности незнакомым людям?
- Люди совершают много непродуманных поступков, - поджал губы Гарольд. Слова Мардж несколько отрезвили его, и он снова потерял равновесие: только посчитаешь ее ребенком, она начинает говорить мудрые вещи; положишься, как на взрослую, и выкинет очередную гадость.
- Гарри, ты же не можешь так думать на самом деле! - воскликнула Маргарет.
- Ну, хорошо, что ты предлагаешь? - повернулся к ней Гарольд напряженно.
- Смотри за дорогой! - ойкнула Мардж, съеживаясь и впиваясь пальцами в ремень безопасности: встречный автомобиль едва не вынырнул на их полосу.
- Я и смотрю! Ты говорила, что нельзя остаться в стороне, если ей нужна помощь. Ты уверена, что у Евы Спурри все в порядке?
Маргарет была в замешательстве.
- Только что ты хотел ее наказать, а теперь беспокоишься? Ты противоречишь сам себе, Гарольд Кингстон!
Он знал. Уже почувствовал. И сам себе за это сделался противен.
Ему не хотелось отступать, введь поиски Лидии были единственной возможностью провести время с ней. Ужин в субботу не в счет. Там Мардж не будет собой. А здесь... Как же низко он пал. Вместо того, чтобы сосредоточиться на расследовании, которое, как верно заметила мать, даже не в его компетенции было, он, как мальчишка, пошел на поводу чувств и сделал чужую жизнь игрой. Но что делать, если присутствие дикой Маргарет выбивало из него остатки разума?.. Если бы она согласилась... тогда... было ли бы все по-иному? Или нужно выбрать -- Мардж или рассудок, и это навсегда?
- Прости, я забыла, - между тем съязвила Маргарет в ответ на его напряженное молчание. - Она была твоей девушкой, пусть и один день... Ты не можешь не беспокоиться. Мог не скрывать, я-то понимаю. Хорошо, что я не стала твоей девушкой, одной заботой меньше, - она запнулась: ведь он сам говорил, что волнуется, и... она незаслуженно наговорила ему только что гадостей. Сознательно. Почему он так на нее действует?..
Глубокая морщина пролегла на лбу Гарольда.
- Не забудь передать это Шону.
Мардж задохнулась от возмущения. И хотела ответить под стать. Почему им нравится колоть друг друга, когда они... ну, как он сказал, "принадлежат друг другу"? И ничего не могут сделать. Мардж затеребила ручку сумки, гадая, какую парфянскую стрелу приготовить.
- Маргарет, давай помолчим, - попросил Кингстон, не отрывая взгляда от дороги.
И, кажется, это была мудрая мысль.
В Карлюке было серо и неуютно. Если бы не старинные домики тут и там, Маргарет бы совсем приуныла. Она не знала, что их ждет, не знала, куда идет, и что, вообще, дальше. Просто доверилась ему. Даже не отдавая себе в том отчета. Ему можно довериться -- вот,.
Гарольд затормозил возле обшарпанного двухэтажного домика с гордой красной вывеской "Каледонский бар и Галерея". На дверях значилось: "2,50 за пинту".
- Давай перекусим, - кивнул он на заведение и отстегнул ремень безопасности.
Маргарет повиновалась. От чего она сделалась тихой?.. От того ли, что ей казалось, будто ему нужно время, чтобы вернуть себе почву под ногами?..