— Ах, целый год как, — безмятежно отозвался Кингстон-младший. — Брось, Гарри, что за снобизм?
Гарольд промолчал, но брат читал его как открытую книгу.
— Понимаю, после подставы от Лесли ты сделался чурбаном и ударился в карьеру. И все сложилось даже ничего так, но Мардж начинала тебя было превращать в человека, так чего…
— Себ, маршируй на урок! — зло оборвал разговор Гарольд и опустил руку с дорогими часами на запястье, все еще сжимая новейшую версию смартфона. Отчего-то на душе стало гадко и снова захотелось заглушить печаль парой-тройкой стаканчиков виски в «Сверкающем шаре». Однако, взваленная на него Брентом и этим крякером-хакером Тернером задача требовала внимания. Светлое теплое пятно на сердце от Маргарет следовало отодвинуть. К тому же, какое там теплое, если вспомнить ее на лестнице сегодня.
Фактов мало. Известно, что дома у родителей Лили не появлялась: семейные узы у Смитов-старших с ней пропали после самовольного отъезда девушки. Любимый колледж она не посещала уже три дня. Личных трагедий и сторонних увлечений не имела, ее портрет — портрет спокойного и целеустремленного человека. Можно было бы предположить, что сорвалась с места к какой-то подруге, но таковых у нее не было, по всем свидетельствам. К тому же, как тогда объяснить телефон, запертый в съемной квартире? Согласно сведениям, собранным у однокурсников и профессоров, Лили имела единственный конфликт, хоть сколько-то стоящий внимания — с профессором Мертоном. Да и то, по вопросам химии. Проводила какие-то исследования, что ли. Сначала была любимицей, а потом вдруг раскол. При личной беседе профессор Мертон подозрительно скрытничал и не давал прямых ответов на вопросы. Ученый, конечно, да хоть какое-то подозрение. И безумная идея пришла в голову следователю, копошившемуся в отчетах в офисе. Это, разумеется, дурачество, совершенно непрактично. Особенно учитывая строгое порицание от начальства за самовольное вмешательство в дело Фачелли осенью. Но, как сказала Маргарет в том лесу — «А когда, если не сейчас?». Опять Маргарет. Почему-то Гарри не отогнал воспоминания и привычно усмехнулся.
С того самого леса сидел за бумагами безвылазно. Суды, внушительные папки, очные ставки и допросы. Перспектива подышать воздухом неплоха сама по себе. Если Мертону есть что скрывать, это можно узнать через простую открытую слежку по его поведению.
По окончании рабочего дня Гарольд Кингстон без проволочек подъехал к колледжу и, выяснив, что профессор все еще в здании, остался ждать в машине через дорогу. Ливингстон, конечно, никогда не поощрял личных расследований, требовал держаться устава. Но сейчас просто необходимо отвлечься. А Фачелли… Так Никсон его и втянула, он подозревал ее в намерении разузнать об уликах, и закрутилось. Несколько важнейших пакетов на крупных шишек лежат в хранилище. А у него ключи. Станешь тут осторожничать.
Окончательно стемнело, как и полагается. Уходивших становилось все меньше, гасли окна. В сумерках человек перестал отличаться от человека. Гарри ничего не оставалось, кроме как выбраться из теплого автомобиля и засесть под прикрытием жидких кустиков недалеко от парадных ступеней.
Прошло не так много времени, а колени под брюками уже задеревенели, пальцы сквозь тонкую подошву блестящих туфлей начали терять чувствительность. Рукам пришлось чуть лучше — к их услугам оказались и карманы, и подмышки, и дыхательный подогрев. Ступни же деть оказалось некуда. Напарник бы не помешал. Хоть отвлечься на разговор. А то и пересменку устроить. Хотя, увы, не всегда это уместно. Порой приходится мерзнуть в безмолвной солидарности.
От размышлений его оторвал нервный женский окрик:
— Эй! Сейчас вызову полицию!
Гарольд вздрогнул от неожиданности, и заиндевевшие ступни его подвели — он свалился на бок, одновременно изумленно узрев над собой Маргарет Никсон, также пораженную встречей.
— Ма… Мардж? — заикнулся Гарри отчего-то и мысленно проклял себя за это. — Что ты… — с ним такого не случалось со времен зеленой юности и истории с Лесли, а ведь он обещал, что и не случится.
— Я-то тут живу, — насупилась Маргарет, стараясь ронять слова как можно более скупо. — А вот вы…
Чуткий слух Гарольда уловил долгожданный шум у парадной двери, так что он поспешно втянул девушку в свое укрытие. Маргарет не успела даже сообразить, что происходит, как оказалась на заиндевелой земле за голым кустом.