— Нравится, просто холодно.
— А так? – Прижав меня к себе, на сколько позволяло платье и снова обвив руками мою талию, Макс начал покрывать мои плечи легкими поцелуями.
— А так жарко. – Призналась я, краснея, но подставляя шею для поцелуев.
— Тебе не угодить. Держи серьги, и нам пора. Не прилично приходить позже именинницы.
Застегнув длинные серьги, в точности повторяющие рисунок ожерелья. Положив руки на сгиб локтя Макса, как он меня вчера учил, получила одобрительный кивок. Так мы и пошли знакомить меня с новыми впечатлениями.
Торжество проходило на заднем дворе особняка, отгородившись от моря и его ветра плетеной высокой перегородкой, украшенной огоньками гирлянд и цветами. От перегородки к дому тянулся навес из таких же гирлянд огней и цветов. Множество круглых столов под белыми скатертями на четыре и шесть персон образовывали полукруг. У самого дома музыканты готовили свои инструменты. Заходящее солнце придавало ощущение сказочности и нереальности этому месту. Макс плавно подвел меня к столику в центре полукруга, за которым уже сидели Маркус и очень довольная Мила. С нашим появлением они оба замолчали. Очень жаль было прерывать их беседу, потому что Мила, наконец-то, улыбалась.
— Исс-раах Мрак. – сказал Маркус, поднимаясь со своего места и кланяясь мне.
— Легкого кивка головы достаточно. – чуть слышно подсказал муж, растерявшейся мне. Кивнула. – Очень хорошо, маленькая моя. Один есть, осталось десять.
— Восемь. – Поправил брата Марк. Садясь на свое место. – Двое выслали маме свои глубочайшие извинения. – Слово «глубочайшие» прозвучало так, будто оно носит другой смысл.
— И кто эти двое? – продолжал беседу муж, усаживаясь за стол и пристраивая меня к себе на колено. Маркус махнул рукой. – Понятно, все как обычно. Драгоценная моя, ты права, это платье не самый удобный вариант.
Посмотрев на мужа и улыбнувшись ему, я попыталась устроиться удобнее. Большое количество юбок и ткани очень мешало. Наконец-то устроившись, подумала о том, чтобы не пришлось вставать в ближайшее время.
— Вы мне объясните, кого осталось десять, то есть восемь? – спросила я, глядя на мужа и его брата, сидевшего от нас по правую сторону.
— Советников Федерации. – ответил мне муж.
— Чего? – То, что Федерацией Раахов управлял совет из двенадцати раахов я уже знала, но то, что мне придется с ними знакомиться, да еще и сегодня, стало большой неожиданностью.
— Ни чего, а кого. – поправил меня Маркус. – Я же говорил, что девочка будет в восторге. – Засмеялся он.
— Я же тебя предупреждала. – Наигранно надувшись сказала Мила и кивнула на Марка.
Посмотрев на Маркуса, увидела на левой стороне пиджака круглый орден. Попыталась повернуться и посмотреть, что там у Макса, но так как я сидела на левом колене, спиной к мужу, то чуть не свалилась, скатываясь по многослойной юбке.
— Сиди ровно. – Вернул меня на место муж. – У меня почти такой же.
— Почему почти? – Стало еще интереснее, но пытаться посмотреть орден снова не стала. Марк засмеялся.
— Женщина моя. – Наклонился к моему уху Макс. – Ты когда-нибудь начнешь интересоваться своей реальной жизнью?
— Я интересуюсь. – Мне стало обидно.
— Ты делаешь то, что говорю делать я. Ты до сих пор не отличишь герб Ан Стронг Даркнес Харт от старого Имперского. И ты банально не поинтересовалась, кто твой муж.
— Я тебя спрашивала, чем ты занимаешься. – Макс, как всегда, был прав. Прав во всем и от этого становилось еще обиднее.
— Ты меня спрашивала, чем я зарабатываю, если дословно «на вот это все». – Продолжал тихо говорить мне Макс.
— Макс, оставь свою жену в покое. Ей сегодня и так не комфортно. Лучше сам покажи герб, расскажи ей уже в конце-то концов все сам. Сложно, что-то искать, когда не знаешь, что ты ищешь.
Над столом повисла тишина. Муж прижал меня к себе и уткнулся носом мне в макушку. Мирится он значит.
— Макс, кто мой муж? – Тихо спросила я, не став откладывать на непонятное когда-нибудь. И так много о чем хотела его спросить, и сама уже не помню о чем.
— Первый советник Федерации. – так же тихо мне в волосы ответил он. – Я не прав. Ты простишь меня? – продолжил Макс.
Вместо ответа я повернулась к мужу и потянулась к его губам. Конечно прощу. Он тоже учится быть хорошим мужем.