Единственное, что Лиз не могла понять, почему именно в семье охотника родилась она – Чистейшая? Это было спланировано или стало просто какой-то насмешкой Судьбы?
– Что ты знаешь о нас? – он ответил встречным вопросом, что буквально выводило девушку из себя.
Только теперь она ощутила, что его рука всё ещё касается её. Такое родное прикосновение, успокаивающее… неожиданно стало тяжёлым и неприятным. Она откинула его руку от себя, применив силу, пусть и не полную. Она оказалась так слаба… Что если её чем-то накачали?..
– Отвечай на вопрос! – снова выкрикнула она, услышав эхо своего голоса. Он звучал чужим. Таким злым, какой Лиззи никогда не была.
А должна быть… Возможно, тогда ей не было бы так больно.
Элизабет сделала попытку подняться или хотя бы сесть на кушетке, но Джефф не позволил ей это сделать. Он положил свою большую ладонь на её плечо, надавив так, что Лиз снова улеглась плашмя на поверхность матраса.
– Успокойся, – произнёс он, что совершенно не способствовало успокоению девушки. – Мы – Охотники, Лиззи, – его голос звучал даже как-то мягко, будто он говорил хорошие вещи. Может быть, Лиз и восприняла бы их хорошими… не обманывай он её всю жизнь. – Мы – хорошие парни, и уничтожаем вампиров, чтобы очистить этот мир и сделать его более безопасным.
Лиз раскрыла глаза даже до боли в них. Покрасневшая белочная оболочка заставляла их болеть и плохо видеть.
– Безопасным от кого? От меня?! – выкрикнула она, неравномерно повышая тон. Казалось, ещё немного, и она просто начнёт истерить.
Но толка в этом мало. У неё не было возможности сбежать. Даже время не понадобилось, чтобы оценить свои шансы. Мало того, что Джефф должен быть сильнее её… так и она его не сможет тронуть. Конечно, не сможет… А снаружи, наверняка, те ужасные люди с оружием, чтобы обезвредить Чистейшую, если что.
– Мы не считаем тебя опасной.
– Да неужели?! – воскликнула Лиз, дёрнувшись в его сторону.
Джефф резко одёрнул от неё руку и отскочив от девушки на некоторое расстояние. Наверняка, это было просто рефлексом, но приятно, что Лиз смогла хотя бы так слабо показать свою зарождающуюся силу.
Только бы у неё нашлось больше времени, чтобы натренироваться…
– Что это? – Лиз почувствовала, что её левую щиколотку что-то сжимает. Она приподнялась корпусом тела и опустила взгляд, увидев длинную цепь на своей ноге. – Ты посадил меня на цепь? – сказала она со всей злостью, что смогла найти в себе.
– Это ради твоей же безопасности, – Джефф перекрестил руки на груди, оставаясь стоять на некотором расстоянии от кушетки.
– Хватит врать!.. – ей снова хотелось плакать.
Она обессилено упала на спину, закрыв глаза, из которых в очередной раз хлынули слёзы.
Невольно в её голове стали всплывать моменты, когда ей было больно, тяжело, печально. Как и у всех, у Лиз таких моментов происходило предостаточно. Но неожиданно все они растворились в её голове и памяти. Они перестали существовать потому, что ни один случай из прошлого не мог состязаться в уровне боли с ныне происходящим.
Её папа. Родной любимый папа оказался предателем.
Он не просто врал ей всю жизнь, скрывая настоящую сущность дочери… он оказался охотником, устроившим погоню. Это из-за него и его людей Лиз попала в капкан, что казалось мелочью по сравнению с тем, как болело её сердце.
Каждый его удар сопровождался ноющей болью, отдаваясь в голове, теле…
– Тебе нужно успокоиться, Лиз, – неожиданно его тон стал более холодным и твёрдым. Он пытался быть с ней терпимым, но это постепенно проходило.
Неужели он надеялся, что она примет его с распростёртыми объятиями?..
– Что вам нужно от меня? – Лиз раскрыла заплаканные глаза, которые вновь приобрели свой обычный карий цвет. Голос дрожал, как и её руки, но она не прекращала спрашивать. – Зачем-то же я тут, верно?
– Верно, – лишь отозвался Джефф, изучая лицо своей дочери. Оно изменилось. Перед ним была не та молодая девчушка, которую он отправлял в колледж больше месяца назад. – Ты нужна нам, Лиз. Мы хотим быть одной командой.
– Поэтому заковали меня в цепь? Умно, – она не узнавала не только свой голос, но и слова, которые им произносились.
– Это ради твоего блага, Лиззи, – снова повторил он. – Я не хочу, чтобы ты навредила себе.
– Пока что мне навредил лишь ваш капкан, разодравший ногу… – вряд ли это был правильный ход, но единственный, который нашёлся у девушки в данный момент. Она пыталась заменить свою гигантскую боль злостью. – Я вампир, – продолжала парировать Лиз, сказав про свою сущность даже с удовольствием, ей казалось, что этим она будет раздражать отца, и, судя по его взгляду, – получилось. – Зачем я в команде охотников на вампиров?