Тем не менее Шамиль предпочел бы погибнуть сражаясь, пусть нет ни единого шанса на победу, чем оказаться среди деморализованной кучки людей, бывших когда-то его воинами.
Три тележки расположили по углам воображаемого треугольника, а вторые члены экипажей залегли с ружьями между ними. Сам Шамиль, превозмогая боль в поврежденной руке, привел в боеспособное состояние огнемет и начал накачивать давление в баллоне ручным насосом.
– Как увидите тварей, лупите по ним сначала из ружей. Пулеметы пускать в ход, только когда попрут. Разберитесь на номера, чтобы не тратить заряды попусту.
Бойцы на каждом направлении рассчитались на первого и второго, чтобы в таком же порядке вести огонь, не тратя боеприпасы на одновременное поражение одной цели.
Не прошло и пяти минут, как из-за стены ливня с запада вынырнуло сразу два мутанта – один хрипун и один прыгун. Второй сразу прыгнул, но в полете, на траектории, его сразил точный выстрел картечью в голову, и он рухнул под колеса тележки уже дергающейся тушей с голубоватой, рыхлой от воды кожей. Через полсекунды от второго выстрела разлетелась и голова хрипуна.
– Ну все… – произнес один из стрелков. – Услышали выстрелы, теперь попрут.
– Гранаты к бою! – приказал Шамиль.
Не успел он закончить команду, как грянуло еще два ружейных выстрела, а затем короткая, буквально в три пули, пулеметная очередь. Еще три хрипуна, вынырнувшие из темноты, шлепнулись в раскисшую от дождя грязь.
– Они прут только с запада! – уверенно заявил пулеметчик.
– Тогда перегруппировка! – велел Шамиль.
Не жалея сил, две тележки перекатили так, чтобы они выстроились в линию с севера на восток, направив все стволы в западном направлении. Стрелкам пришлось заново пересчитаться, разделившись к тому же на два фланга, чтобы бить каждый по своему сектору и не перекрывать друг друга огнем.
На тележке, расположенной теперь по правому флангу, Шамиль закончил накачивать баллон огнемета. Взяв раструб с пистолетной рукояткой, он, не имея возможности действовать двумя руками, попросил пулеметчика зажечь газовый фитиль. Тот, прикрыв спичку ладонями от дождя и ветра, зажег небольшой воспламенитель горючей смеси. Синий огонек хотя и не освещал ничего, но был хорошо заметен в наступившей тьме.
Минута шла за минутой, но ожидаемого отчаянного натиска мутантов все не было.
– Босс, их тут не до фига, похоже! – крикнул Шамилю один из бойцов.
– Внимание не ослаблять! – ответил тот. – Они еще могли не добраться сюда от водоема. Выстрелы они слышат издалека.
Словно в ответ на его слова, из темноты, вытянув вперед руки, хрипя и скалясь, роняя с губ длинные капли слюны, выползло не менее десятка тварей.
– Не стрелять! – успел выкрикнуть Шамиль, и нажал на привод клапана огнемета.
Секундного нажатия хватило, чтобы пламенная струя, чуть загнутая по ветру дугой, полоснула по приближающимся тварям, превратив их в пылающие факела. Мутанты яростно зашипели, но через несколько шагов попадали. От воды горючая жидкость разлилась большой лужей пламени, в центре которой, пузырясь и шипя, обугливались тела. Она осветила пространство в круге радиусом метров тридцать. Но, как ни странно, в зоне видимости мутантов больше не наблюдалось.
– Непонятно, – пробурчал Шамиль, опустив раструб огнемета. – Это не может не радовать, но я такого никогда не видел.
– Тут жратвы, наверное нет, – предположил огнеметчик. – Вот их тут и мало. Выжрали всё и ушли в другие края с дождями.
– Может быть.
И хотя мутантов действительно оказалось в окрестностях несравнимо меньше, чем ожидалось, но спать ночью все равно никому не пришлось. Время от времени, небольшие группы по пять-десять особей прорывались с запада к расставленным в поле тележкам, но их быстро уничтожали ружейным огнем и короткими пулеметными очередями. А через пару часов после полуночи дождь прекратился, тучи начало раздувать ветром, и Шамиль понял, что у его группы появился шанс не только выжить, но и догнать беглянок. Они не могли уйти далеко, наверняка заночевали в степи. И, если их не сожрали мутанты, деваться им в чистом поле некуда.
Рассвет выдался почти безоблачным. Красное солнце поднималось в небе, по которому бежали лишь отдельные облака. Уже через полчаса оно стало жарким, но к этому времени тележки группы Шамиля уже мчались под кайтами на юг. Ветер утих, но его хватало, чтобы двигаться со скоростью около двадцати километров в час. Совсем скоро стали видны два поселка, один на несколько километров западнее другого. В обоих видны были многоэтажные дома.