– Сучки в высотках могли укрыться, – предположил пилот. – Они как раз от нас оторвались на эту дистанцию.
– Понять бы, в каком поселке… – Шамиль вздохнул, удерживаясь здоровой рукой за алюминиевую трубу на борту тележки. – Следы дождем смыло.
– Надо окраины осмотреть. Может, что и заметим.
– Другого выхода нет. Правь тогда к ближайшему городку.
Пилот подкорректировал курс, остальные тележки устремились следом. Но не успели они преодолеть и полутора километров, как кто-то из другой тележки выкрикнул что-то не очень разборчиво.
– Что? – переспросил Шамиль, жестом показав пилоту, чтобы подъехал ближе.
– Там блеснуло что-то!
– Где?
– В другом поселке! Западнее! Не в ближнем! Может, бинокль?
Шамиль посмотрел в указанном направлении и тоже заметил отблеск оптики.
– Туда! – приказал он.
– Курс неудобный! – посетовал пилот. – Очень круто к ветру!
– Так давай галсами!
– Как бы не нарваться… – пилот нахмурился. – У них господствующая высота. Накроют нас из нескольких пулеметов.
Как ни прискорбно Шамилю было это признать, но пилот был прав. Атаковать беглянок в лоб было слишком опасно.
– Они нас уже заметили, раз с биноклем, – прикинул Шамиль. – Но их всего шестеро, если никто не сдох. Одну я из пулемета точно приложил, так что вряд ли она оклемалась. Но даже если шестеро, то это пять баб и один парень на нас, шестерых. Выйдет что-то вроде серии поединков. Много у них шансов победить нас в поединке?
– Ноль, мне кажется, – усмехнувшись, ответил пилот.
– Вот и я так думаю. Мы не сможем двигаться под кайтами в городе, от окраины придется пешочком, а тележки будем толкать. Под прикрытием зданий рассредоточимся по двое, чтобы на подходе нас не накрыли всех скопом из пулеметов.
– Но в здание все равно входить придется. А там лестница, которую оборонять точно легче, чем штурмовать.
– Это уже другой вопрос. Для начала надо к зданию подобраться, – Шамиль нахмурился, понимая, что его план пока слишком поверхностный, чтобы его можно было претворить в жизнь. – На месте осмотримся, решим.
Чтобы затруднить противнику возможность издалека использовать пулеметы, Шамиль приказал разделиться еще за городом, пока можно было использовать тягу кайтов. Один экипаж по широкой дуге, не приближаясь к окраине ближе двух километров, обогнул городок и опустил кайт у южной границы, от которой до многоэтажек было очень уж далеко. Два других зашли с востока и запада.
Шамиль про себя отметил, что блеск оптики был виден не на самом верхнем этаже, а тремя или четырьмя этажами ниже. Скорее всего, беглецы заняли позицию таким образом, чтобы затруднить проникновение с крыши. Значит, и об обороне лестницы позаботились. Радость, которую Шамиль испытал, увидев отблеск на линзах бинокля, постепенно улетучивалась. Он все более понимал, что штурм легким не будет. Впереди скорее ловушка, устроенная беглецами, чтобы полностью избавиться от погони, чем доступная мишень. Трудно было это признать, но факт оставался фактом – недооценив противника с самого начала, Шамиль загнал и себя, и отряд в цепь тактических промахов, которая теперь привела к стратегически сложному положению дел. Это надо было исправлять. Но как, пока понять было сложно. Впрочем, и отступать уже было поздно.
В какой-то момент Шамиля даже посетила шальная мысль, вообще уйти от этого боя, да и в Крепость не возвращаться. Найти хорошее место, в любом из этих двух городков. Охотиться, жить как хочется. Девок со временем можно будет отловить, но не везти в Крепость, а использовать по прямому назначению. Рука заживет…
Перспективы показались настолько радужными, что Шамиль даже не заметил, как пилот опустил кайт и начал сматывать стропы. А ведь и правда, мысль интересная. Мутантов тут мало, диких, похоже, тут вовсе нет. Райское место нового мира. Со жратвой, скорее всего, будет туго. Но одному прокормиться можно всегда, а остальных перебить. Почему нет? Со стратегической точки зрения это единственный верный путь. Потому что штурм лестницы, где держат оборону с пулеметами и гранатами, затея бестолковая.
Но, с другой стороны, Шамиль понимал, что никакого рая тут не будет. Тут самому придется выживать, добывать себе пищу, все делать своими руками, от чего он уже изрядно отвык. Тут не будет бункера с его технологиями, не будет лаборатории, где ученые разбираются в медицине, не будет электричества, патронов, еды в изобилии, женщин, готовых на все ради сытого места рядом. И тут не будет власти. Разве что над самим собой.