Дарья не отстранилась, лишь глянула на Дениса.
– Я вас хочу уберечь от той же ошибки, которую совершила сама, – пояснила она. – Дело не в том, что я упустила свой шанс попасть на Готланд, и не в том, куда идете вы.
– В чем же тогда? – Денис не убрал руку, а наоборот, мягко погладил Дарью по шее под длинными волосами, стараясь успокоить.
– В понимании счастья, – негромко ответила девушка. – Пытаясь добраться до какого-то особенного счастливого места, нарисованного их воображением, люди не замечают счастья, которое на какое-то время оказывается рядом с ними. И проходят мимо, в стремлении непрерывно что-то менять. Нет разницы, куда ты идешь. Далеко на север, к Готланду, или далеко на юг, в Африку. Скорее всего, ты уже ошибся. Потому что счастье вообще не снаружи. Оно внутри. Счастье, это не место, а то, как ты относишься к тому, что снаружи тебя. И только. Поэтому способные довольствоваться малым всегда счастливее людей с большими запросами.
– Может, ты и права, – Денис решил, что его рука задержалась на теле Дарьи, и хотел ее убрать, но девушка его остановила, положив ему ладонь на запястье.
– Оставь, – попросила она. – Можешь обнять, если хочешь.
Дениса не надо было упрашивать. В Клане он не был героем, не был великим воином, а был он простым дежурным радистом при штабе. А потому внимание женского пола по большей части обходило его стороной.
– А это парень, что с вами… – Денис посчитал нужным спросить про Лиса. – Ты за ним ходила к холму… Он разве не твой?
– А у вас принято, чтобы мужчина принадлежал женщине? – удивилась Дарья.
– Ну… Нет… Просто я не ожидал, что ты позволишь себя обнять. Ты такая… Ну, независимая. Как амазонка. Были в древности…
– Я знаю, – девушка улыбнулась, довольная таким сравнением. – Ты говорил о другом пути, который выбрал Кир. Что это за путь? И ради чего Хенрик сбежал с Готланда?
– Это части одного целого, – охотно объяснил Денис, присев рядом и обняв Дарью. – Хенрик завладел воздушным шаром и бежал с Готланда, чтобы рассказать о наличии другого пути. В этом как бы и тайны особой не было. Сам Вильман сделал на этот счет надпись, которая высвечивалась на стене перед введением вакцины очередному желающему. Предлагался как бы выбор пути. Один – немедленное принятие вакцины, которая сделает мутацию невозможной, а в нагрузку бесплодие и принудительные работы на благо острова.
– Ого… Этого я не знала. Про работы.
– А это важно?
– Для меня было бы важно. Получить длинную жизнь, и из нее двадцать лучших лет потратить на ишачку. Не знаю. Мне бы это не понравилось.
– Я не помню точно все, что говорил Хенрик, но женщины вроде бы от работ освобождены. Там их мало, и их ценят.
– Понятно, – девушка иронично фыркнула.
– Кажется, мнение о Готланде у тебя снова поменялось? – Денис позволил себе чуть поддеть ее. – Ты во всем такая переменчивая?
– Я же говорю, дело не в моем отношение к цели путешествия, – Дарья обиженно отстранилась, убрав с плеча руку Дениса. – Я просто хочу предостеречь Рахима и вас от опасного путешествия из хорошего места в другое, которое кажется вам лучше прежнего. Но лучше оно или нет, это большой вопрос. Иногда, возможно, оно окажется лучше. Иногда нет. Например, мне казалось, что хуже, чем в Крепости, быть не может. И я готова была поменять Крепость на что угодно, на любое другое место. И ни разу не пожалела о своем выборе. А вот с Готландом все сложнее.
– Это оттого, что у тебя о нем мало информации, – уверенно заявил парень. – Ты думаешь не о Готланде, а оцениваешь свое представление о нем. Когда меняется представление, меняется и ценность цели.
– Наверное… Да, ты прав.
– Хенрик же принес нам информацию из первых рук. Себя самого, возрастом в пятьдесят лет, и снимки. У нас была возможность составить собственное мнение. И у людей Клана, и у Кира. Так вот, Вильман написал на своей стене с вакциной, что есть другой путь. Есть то, что Хенрик назвал «второй загадкой Вильмана». Дескать, где-то в Исландии, есть нечто, что может спасти от вируса все человечество. Но попасть в это место и разгадать «вторую загадку Вильмана» смогут лишь те, кто не принял вакцину.
– Это похоже на какую-то игру, – заметила Дарья.
– Это и есть игра. Вильман маньяк. Ему мало было обречь людей на гибель и страдания, он с ними еще в игру поиграть решил. Хотя сам, наверное, давно сдох. А мы расхлебываем. Но Кир – это Кир. Если бы ты его знала, поняла бы. Он решил рискнуть. Собрал экспедицию в Исландию и отправился туда.
– Скорее всего, мама сделала бы так же, если бы знала про Исландию. Но если он отправился попытать счастье и разгадать загадку Вильмана, то вы почему не остались?