— Да не переживай ты, — махнул я рукой. — Это не первая твоя крупная неудача. Будут ещё.
— Спасибо, утешил, — язвительно бросила ведьма, наградив меня недружелюбным взглядом.
— Обращайся. Я в этом мастер, — насмешливо сказал я, улыбаясь во все тридцать два зуба, а внутри весь замер, ожидая, куда дальше свернёт разговор о солнечном камне.
— Угу, мастер. Если бы ты работал психологом, то все твои клиенты выходили бы в окно, а не в дверь, — желчно выдала красотка, а затем почесала кончик носа и произнесла: — Я, конечно, не могу распоряжаться твоим осколком, но, возможно, нам следует показать его той колдунье, о которой говорили те три олуха?
— Ну-у-у, — протянул я, делая вид, что колеблюсь, хотя сам ещё вчера решил сходить к ней.
— Соглашайся, — надавила Искра, сделав бровки домиком.
— Ладно, давай сходим. У нас всё равно пока тут нет никаких дел, — сдался я и добавил: — У тебя, кстати, что-то с бровями. Нерв, что ли, защемило.
— А у тебя что-то с мозгами. По-моему, они отсутствуют, — пробурчала девушка, проведя рукой по волосам, которые блестели от влаги.
— Хорошо у меня всё с мозгами, а вот одно яйцо больше двух других. Это нормально?
— Фу, Рей, ты прям с самого утра решил испортить мне настроение своими тупыми шуточками? — прошипела ведьма, изобразив гримасу отвращения и гадливости.
— Ну а чего? До вечера, что ли, откладывать? Мир принадлежит людям действия, — мудро изрёк я и тут же подтвердил свои слова тем, что вошёл в единственное здание из массивных серых блоков — это был банк.
Любопытная Искра последовала за мной, и когда мы оказались в тесном зале, где воздух пах гарью, идущей от факелов, девушка полушепотом произнесла, косясь на окошки, в которых виднелись силуэты сотрудников:
— Рей, здесь милостыню не подают.
— Ну, так подожди на улице, — проронил я, а затем подошёл к ближайшему окошку, представился торчащему там гному, дал ему рассмотреть своё лицо и следом взял у него две сотни золотых монет. Тот отдал мне их без проблем и лишних проволочек.
А ведьма изумлённо распахнула глаза и просипела:
— Откуда у тебя столько денег?
— Бабушка оставила, — насмешливо бросил я, засунув золото в мешок и выскочив из банка.
— Вот теперь мне кажется, что в словах светлых, которые обвиняли тебя в гибели своего корабля, есть зерно истины, — серьёзно произнесла ведьма, потопав рядом со мной, а затем на её физиономии стала расползаться улыбка и, в конце концов, она опять звонко рассмеялась. — Ну… аха-ха… какие же… идиоты. Подумали… аахаха… что ты…уничтожил их корабль. Ты, Рей, ты…
И отсмеялась девушка лишь тогда, когда мы очутились на базаре. Тут она посерьёзнела и стала бродить между прилавков, сколоченных из досок и накрытых тентами из парусины. Я ходил за ней и рассматривал товары, попутно обращая внимание на местных жителей, которые частенько кашляли, а их кожа иногда была покрыта бледными волдырями. А однажды я даже заметил торговца, у которого между пальцев оказались перепонки. Он, кстати, торговал картами, так что мы подошли к нему и завели разговор о его товаре. Коммерсант сообщил нам, что существуют карты на любой кошелёк: от простеньких, где были указаны лишь основные пути и места, до подробных, где нарисован чуть ли не каждый кустик. После его слов я покосился на ведьму, та на меня, а потом мы пошептались немного и приняли решение в складчину купить самую дорогую карту, которая стоила сто золотых монет. Правда, складчина оказалась какой-то странной: мне пришлось отдать семьдесят монет, а девушке — тридцать. Зато мы решили, что карта будет храниться у меня. Следом наш дуэт отдал за неё деньги, а затем мы отошли в сторонку и развернули карту. Я тут же принялся скользить любопытным взглядом по болоту, городам, лесам и руинам, отметив, что карта изобиловала зелёными, жёлтыми и красными пятнами, разных размеров и контуров. Что они могут значить? Лишь спустя десяток секунд я понял, что эти пятна обозначали опасность, которую таила закрашенная зона. Естественно, что зелёный символизировал безопасные места, вроде городов, жёлтый намекал на среднюю опасность, а красный прямо говорил, что в эти области лучше не соваться.
Я сообщил о своём открытии Искре, а та заявила, что сразу всё поняла и наградила меня насмешливым взглядом, а потом пошла дальше шататься по базару. Мне не оставалось ничего другого, как пойти за ней, ведь и у меня были планы ещё кое-что купить. Но первым делом я принялся продавать. Сначала мне удалось сдать свой тёмный амулет, зимний плащ и магические ботинки на меху, которые давали пятнадцать к энергии. И только потом я купил высокие, кожаные сапоги, которые не промокали и прибавляли сорок пять единиц к энергии, а для ношения требовали пятьдесят единиц ловкости и вдвое больше энергии. Мои параметры позволяли мне носить такую обувь, поэтому я сразу же надел сапоги, а затем продал обычные перчатки и ботинки, которые раньше служили мне в качестве запасных.