Может, попробовать просто нагреть камень от пламени свечи? Глупость, конечно, но стоит попробовать. Я так и сделал, встав с кровати и поднеся осколки к пламени свечи. Но ничего не произошло. Осколки даже чуть-чуть не нагрелись. Они как были прохладными, так и остались.
— Зараза, — прошипел я, почесав за ухом. — А может, кровь?
Я сделал ножом надрез на ладони и сжал в этой руке последний камушек, который не купался в моей внутривенной жидкости. И знаете, что произошло? Комнату озарил нестерпимый свет, который больно ударил по моим глазам, заставив зажмуриться. А когда я сумел разлепить веки, то в помещении опять было сумрачно, горела лишь свеча, а на столе лежал целый солнечный камень, который мягко светился жёлтым светом.
— Еху-х-ху! — ликующе заорал я, схватив его и поднеся к глазам. — Ну, какой же я сука умный! Вот только что он даёт?
Я попробовал использовать его, как умение, но ничего не вышло. Камень не отзывался. Он лишь бестолково сиял. Вот будет забавно, если он мне пригодится только в качестве фонаря. А если попробовать зажать его в руки и ударить топором? Может, увеличится сила удара? Я тут же проделал этот манёвр, атаковав деревянный стул со спинкой. Но никакого усиления не заметил. Зря только стул испортил. Теперь придётся платить за него, да и отлетевшая щепка поцарапала мою руку. А это что за чудо? Я изумлённо уставился на лёгкий порез, который исчез в мгновение ока. Мне даже показалось, что его и не было. И на ладони, которую я прежде вспорол, чтобы окропить кровью камень, тоже не оказалось пореза. Ну-ка. Я опять разрезал кожу ножом, и она срослась едва ли не быстрее, чем металл покинул плоть. Похоже, камешек даёт неимоверную регенерацию!
Я провёл ещё несколько экспериментов, и полностью убедился в этом. Мои раны заживали невообразимо быстро! Охренеть! Да меня же теперь хрен убьёшь, хотя, варианты, всё же есть. Но когда я проверил свои параметры, то понял — вариантов нет. Ведь напротив количества жизней, вместо цифры один, появилось всего одно слово «бессмертный».
— Вот это поворот, — выдохнул я, от избытка чувств упав задницей на пол и схватившись руками за голову. — Да если я по собственной воле не отдам камень, то у меня его может умыкнуть лишь вор. И то, камень, скорее всего, опять вернётся ко мне, ведь он напился моей крови! Получается, что мне можно забыть о страхе за свою жизнь, ну, в пределах разумного, конечно. Просто зашибенно! Кажется, у Тилы, эльфа и сатира сегодня праздник. Надо обрадовать их.
Я вскочил с пола, засунул солнечный камень в карман и вылетел из комнаты, а потом спустился вниз, где обнаружил троицу тёмных. А вот Искры уже за столом не было. Похоже, она отправилась приводить в порядок волосы. Ну, так даже лучше, а то отговаривать меня начнёт.
Тёмные же с надеждой уставились на моё сияющее лицо, с волнением ожидая моих слов. А я беззаботно плюхнулся на стул, взял кружку, которую держал в руках сатир, сделал несколько глотков пива, а потом довольно проговорил:
— Ну чего приуныли? Дядя Рей проводит вас прямо до портала. Мы же друзья.
Игроки бросились меня благодарить и совать деньги, но я великодушно отказался от презренного золота, пребывая в некой эйфории. Я ведь не каждый день становлюсь бессмертным. Но меня чуток спустила на землю появившаяся в зале Искра. Она уже была без капюшона, а её волосы лежали таким образом, чтобы скрыть плешь. И девица сразу же поняла, почему тёмные такие радостные.
Ведьма мигом заявила шипящим голосом:
— Рей! Нам надо поговорить…
— Ты наконец-то признаешься мне в своих трепетных чувствах? — картинно беззаботно произнёс я, а вот внутренне напрягся. Скорее всего, мне сейчас предстоял тяжёлый разговор.
Глава 25
Вскоре мы все впятером вышли из ворот города Рыбачий. Это знаменательное событие произошло спустя три часа после того, как Искре не удалось убедить меня отказать тёмным в помощи, а я, в свою очередь, не сумел отговорить её пойти с нами. И вот теперь ведьма недовольно косилась на меня, порой отпуская ядовитые шуточки. А я стоически терпел её поведение. Зато тёмные заметно приободрились. Эльф вприпрыжку скакал по мосту, держа за руку Тилу, а сатир довольно улыбался.
Но когда мы ступили с досок на землю, то Лео отпустил ладонь дриады, а Пашка стал настороженно оглядываться. Впрочем, мы все значительно взвинтили бдительность.