Рональд заорал. Громко, отчаянно, яростно... Занесенный над ним топор рванулся вниз... и вгрызся в темно-серый камень стены высекая искры, парой дюймов правее лейтенантского шлема.
Белый, словно светящийся силуэт капитана оставался неподвижным еще мгновение. Увеличенные наплечники гномьей брони предавали и без того внушительной фигуре Брюса Ботрайта по-настоящему атлетические черты. Белоснежная сарра, надетая поверх лат, была изодрана и забрызгана кровью, но не переставала сиять, озаренная чистыми лучами восходящего солнца.
Флойд резким рывком выдернул широкий тесак, глубоко врубившийся в затылок капитана. Брызнула кровь. Тело командующего полетело во внутренний двор, загрохотав железом о тусклую брусчатку. Ветеран прикрыл слезящийся глаз с бельмом, встретившись взглядом с лейтенантом. Оба подумали о шлеме. Рональд Брикман о том, что всегда оставался на стойке, в покоях капитана. С искусно выполненным забралом, стилизованным под гномью бороду. Флойд - о круглом и дешевом, на котором когда-то давно сидел новобранец из его расчета.
Он протянул руку офицеру, помогая подняться. Дыма вокруг становилось еще больше. Зажигательные снаряды с громким гулом перелетали через стену. Горели камнеметы во внутреннем дворе, полыхала давно опустевшая конюшня, зажигательная смесь стекала со стены главного донжона, расплываясь по брусчатке как живая, будто расширяя провал в преисподнюю. Прогорали подожженные ворота. Окованное железом бревно тарана ритмично ухало в слабеющие створки.
Врагов на стене прибывало, видимость снижалась все сильнее, а потому большинство защитников не заметили по-настоящему важного.
Джастин глубоко вдохнул сквозь стиснутые зубы, в очередной раз натягивая тетиву своего арбалета. Привычные и отработанные движения давались все труднее. Болт из колчана на правом бедре лег в ложе, но вопреки обыкновению не зашипел, метнувшись вниз в поисках врага. Джастин словно окаменел. Случайно зацепившись боковым зрением за нечто необычное, он приник к бойнице сторожевой башни, неосторожно вглядываясь в изгибы перевала. Туча пыли, пестрящая серыми и коричневыми силуэтами, стремительно приближалась со стороны Хертсема. Даже в общем шуме и грохоте уже можно было различить приглушенный топот, глубокий и низкий звук, словно от набирающей скорость лавины.
Неделю назад.
Лорд Дарен Селби, феодал-наместник Фор-дрима, не мог считаться смелым человеком. Но там, где ему недоставало отваги - зачастую помогали эрудиция, рассудительность и аналитический склад ума. Хорошо понимая, что его провинция не в силах соперничать с крупнейшими областями Хертсема ни в экономическом, ни в военном плане - лорд Селби попросту избегал этого соперничества. Поддерживая то одного, то другого феодала он приобрел славу скользкого и изворотливого человека, зато - не приобрел открытых врагов. Так же Дарен всегда участвовал в предприятиях, способных принести реальные дивиденды. И совершенно не важно в каком виде. Золото он ценил ничуть не больше актуальной информации, новых земель или растущего влияния. В то же время не менее важным было его умение избегать заведомо убыточных, во всех смыслах этого слова, авантюр. Военных, политических или даже любовных.
В начале лета Селби не откликнулся на зов графа Гастмана, не явился с войском на берег Севенны отражать ожидаемое нападение железных львов. Вглубь Уилфолка он тоже не пошел. Такой спонтанный поход, даже скорее набег, мог сулить куда больше шишек чем выгоды. А потому Дарен решил проявить осторожность. В пугающе объемном письме, написанном феодалу-наместнику Кардана, он подробнейшим образом описывал все неудачи, обрушившиеся на его несчастную провинцию в последнее время. Жаловался на недостаток людей, провизии, денег. И во избежание дальнейших глупых вопросов - просил ссудить ему серьезную сумму.
Теперь лорд Селби был уверен, что тогда поступил правильно. А вот верно ли он поступает сейчас - все еще сомневался. Узнав, что войско лайонелитов осадило Дурн-фар - Дарен сопоставил все имеющиеся сведения и многое понял. Но не отваживался приступить к действиям, не оставляющим свободы маневра. Точно встать на какую либо сторону - означало неминуемое противоборство с другой. Но получив известия из Уилфолка все же решил, что медлить дальше еще опаснее. Со смертью старого Лиса вскоре мог пасть и сам орден небесных. Тем самым нарушив устоявшийся баланс сил.