Тут же в нашу сторону отправились четверо. Наученные горьким опытом, эти ребята прятались за колоннами и стреляли в нас из укрытия. Однако это им особо не помогло. Сначала я подстрелил одного из бандитов в ногу, и он вывалился из-за колонны прямо мне навстречу, за что и получил ещё две пули, одну в сердце, вторую в голову.
Госпожа умудрилась попасть одному из стрелков в прямо в лицо, при этом спокойно избежав его очереди практически в упор. Её умение уклоняться от пуль работало безотказно. Хотя и выглядело это очень рискованно. У меня каждый раз сердце замирало от страха, когда она его использовала.
Ещё одного я расстрелял в спину, просто обманув его и зайдя к нему сзади.
Последний попытался сбежать, за и что получил пулю в затылок.
Оставшихся четверых мы настигли у бронированой двери, ведущей на тюремный уровень. При нашем появления они её как раз взрывали.
Бахнуло довольно мощно, после чего вполне себе целая дверь вместе с массивным косяком рухнула наружу. Бетонная стена оказалась значительно менее крепкой, чем дверь, этим бандиты и воспользовались.
Подрывники попытались сбежать в образовавшийся пролом, но были жестоко расстреляны нами, так и не добравшись до тюремного блока.
Некоторым планам просто не суждено быть реализованными и с этим нужно просто смириться.
Перебравшись через лежащую дверь, мы оказались на лестнице, ведущей в тюремный блок. Эту дверь обычно использовали для транспортировки заключенных на парковку, так что она вела прямо на тюремный этаж.
Оказавшись в тюремном блоке, мы сразу насторожились. По всему коридору лежали мертвые тела полицейских и обломки роботов охранников. Даже одного мертвого бандита нашли. Его тело буквально изрешетили пулями и сделали это явно в упор, судя по количеству валяющихся вокруг него гильз. Его броня была крепкой, но не настолько, чтобы выдержать столько попаданий сразу и в упор.
Осторожно обходя трупы и стараясь не трогать стены, залитые кровью, мы пробирались вперед, пока не оказались напротив камеры, где держали контрабандиста по прозвищу «Меняла».
Разыскиваемый преступник и очень ценный свидетель лежал мертвым с простреленной головой, а на стене явно его же кровью было написано:
«Жду вас в центре управления. Роберт»
— Что-то мне это не нравится, — присев над трупом и убедившись, что его уже не воскресить, сказал я.
— Они проникли сюда намного раньше подрывников. Их явно впустил сюда кто-то из наших, — сразу заподозрив неладное, сказала Госпожа.
— Кто-то с высоким доступом, — согласился я с ней.
— Думаю, нам пора навестить Роберта и поставить в нашем противостоянии жирную точку, — решительно заявила Светлана, направляясь в командный центр.
Дойти нам удалось без проблем, не зря же нас туда пригласили. Командный центр располагался всего на два уровня ниже тюремного этажа и предназначался для управления кризисными ситуациями на случай глобальной катастрофы.
Это было просторное помещение с большим пультом управления по центру и множеством экранов на стенах.
У входа в штаб лежала целая гора из трупов полицейских и их напарников роботов. Было видно, как мужественно сражались эти люди и умерли, не сделав и шага назад.
Вместо двери зиял здоровенный пролом, а стены вокруг потрескались и закоптились от сильного взрыва. После чего явно сработала пожарная сигнализация и залила всё вокруг водой, отчего идти приходилось по мокрому полу.
Спокойно прошли через пролом и оказались на мушке сразу восьмерых бандитов. Вид они имели грозный, хоть и потрепанный. Многие были ранены, а их броне костюмы имели множество повреждений и вмятин.
Роберт в арестантской робе стоял в самом центре и широко улыбался, встречая нас, как радушный хозяин своих самых дорогих гостей.
— И зачем всё это? — спросила Госпожа, внимательно осматриваясь вокруг и замечая, как на многочисленных мониторах сражались и умирали полицейские из её департамента. Многих они знала лично, так как пересекалась с ними по работе. Это были хорошие люди, у которых были прекрасные семьи, и которые посвятили свою жизнь защите беспомощных граждан.
— Хороший вопрос. Но прежде чем на него ответить, я всё же задам свой, — ответил Роберт и, выдержав драматическую паузу, продолжил. — Это вот всё, в самом деле, стоит твоей праведной мести? Ты со своим цепным псом устроила настоящую войну с нашей корпорацией. Убила множество людей, причинила ущерб на миллиарды кредитов и явно не собираешься останавливаться на этом.
— Не тебе, кто виновен в смерти моих родителей, говорить об этом. Это всё твоя вина и той ведьмы, которая уже горит в аду! — вспылила Госпожа.
— Вот именно, та старая ведьма уже горит в аду, после встречи с твоими отмороженными последователями. И я, как ты уже, наверно, догадалась, не уйду отсюда живым. Больше того, все наши акции после нашей смерти перейдут тебе и ты станешь крупнейшим акционером и владельцем корпорации ВирТек с правом решающего голоса, — выпалил Роберт и замолчал.
— И что это изменит? Вернет моих родителей к жизни? Позволит мне быть со своим возлюбленным? Может, это сделает меня счастливой? — спросила Госпожа с вызовом.
— Нет, но это позволит закончить этот круговорот ненависти. Все эти люди, что умерли и умирают прямо сейчас, разве они в чем-то виноваты. Они ведь тоже имеют близких и их смерти принесут горе множеству других. Разве всё это стоит твоей мести?
— И что ты предлагаешь, забыть всё и жить дальше? — с издевкой спросила Госпожа.
— Как минимум, перестать разрушать этот мир. Остановиться и оглянуться вокруг. Вдруг все, кто был виновен в тех преступлениях, уже мертвы или наказаны, — предложил Роберт, перестав улыбаться и посмотрев на Светлану очень усталыми глазами.
— Я всю свою жизнь посвятил работе в этой корпорации. Чтобы построить что-то великое и значительное. Я хотел делать этот мир лучше в меру своих скромных сил. И мне совсем не нравится наблюдать, как рушится всё, что мы с таким трудом построили. И всё из-за глупых ошибок, которые мы на этом пути совершили. Думаешь, мы специально подстроили крушение парома? Нет, это был несчастный случай. Да, мы сделали не всё от нас зависящее, чтобы предотвратить его, но мы сделали это не специально. Так что, то, что ты пытаешься разрушить весь наш грандиозный труд из-за одной ошибки, как минимум, нечестно, — продолжил он свою речь. И судя по тем эмоциям, что он при этом испытывал, говорил вполне искренне.
— Да, я не святой, и готов сполна заплатить за свои ошибки. Но прошу тебя, прими наши акции, войди в руководство компании и сделай этот мир лучше, а не разрушай его, — буквально взмолился он.
— И что будет, если я соглашусь, другие акционеры перестанут пытаться меня убить? — насмешливо спросила Госпожа, хотя по её виду было понятно, как сильно затронули её слова этого человека.
— Конечно, перестанут. Они станут твоими верными последователями. Слишком уже страшная и могущественная сущность стоит у тебя за спиной. Наши аналитики сделали анализ и выдали не очень благоприятный прогноз для этого мира. Если ты сейчас не остановишься, весь мир будет обречен. Согласно прогнозу, это случится всего за несколько лет.
— Правда? — спросила меня Госпожа, она уже давно что-то такое подозревала, но старалась отгонять эти мысли прочь. Слишком уж они были мрачные.
— При желании, можем и быстрее управиться. Но мне кажется, медленное, но неуклонное угасание, будет намного лучше. Сотни лет смотреть, как бьется в агонии целый мир, что может быть лучше? — мечтательно проговорил я, а Роберт почему-то испугался по настоящему, до дрожи в коленях. Такой вот впечатлительный, он оказался.
— Ты же понимаешь, что это не просто слова? — взяв себя в руки, сказал он.
— Что ты предлагаешь? — спросила Госпожа, похоже, мои слова и на неё произвели впечатление.
— Закончим всё здесь и сейчас. Я отзову своих наемников, ты получишь мою голову и примешь бразды правления корпорацией. И никто больше не умрет, — сделал он своё заманчивое предложение.