— Мне с Черноголовки что-нибудь, — сказал я. — И себе можете взять, немного только.
Полковник поднялся на ноги, подошёл к выходу из кабинета, открыл дверь. Выглянул наружу. Посмотрел на меня, снова наружу. На меня, потом снова наружу.
— Мне долго ждать? — спросил я. — Пить очень хочется.
Он вдруг вышел и четверть минуты спустя действительно вернулся с банкой энергетика. Открыл ее сам, поставил на стол. Я взял ее в ладонь, но чтобы попить, пришлось наклониться.
— Как ты это сделал? — спросил он.
— Ваша система годится для тех, кто в программировании ничего не шарит. А я практически любой код читаю, как открытую книгу. Я ее не удалил, если что, без капсулы этого не сделать, просто обошел.
— У меня такое ощущение, что ты не хвастаешься, а просто констатируешь факт, — медленно проговорил он. — Теперь вопрос о том, почему тебя нет в базах, отпал. Сам же и удалил. Скажи только, зачем.
— У каждого свои мотивы, — я пожал плечами. — У меня они тоже есть. Раскрывать их необязательно, так безопаснее.
— Кто-то заказал тебе Исламова? — спросил полицейский. — Или это чисто твоя инициатива?
— Даже если бы заказали, заказчика я не выдал бы. Но нет, это моя инициатива. Он доигрался, попался, но вышел бы лет через пять, потому что купил бы судий. Или сбежал бы ещё раньше, а потом сделал бы себе новую личность. Но таких, как он, причем не пойманных. Нужно показать им, что никто не неприкосновенен.
— Вообразил себя Хантер-Киллером? — он вдруг усмехнулся. — Ты хоть понимаешь, кому подражаешь? Он же псих, народу перебил уже сотен под пять. У него семью убили, вот он и слетел с катушек. Ты-то зачем этим занимаешься? Ограбили тебя? Избили гопники на улице?
— Нет, — я покачал головой. — Мне просто по приколу.
— За последние полгода, с тех пор, как он стал известен, мы взяли троих его подражателей. Обычные парни без боевого опыта, мстители из них тоже оказались так себе. Это только в нашем управлении. Представляешь, сколько всего их? А ведь это те, кого мы взяли. Многих убили.
— И что? — спросил я. — Ты же меня посадить собираешься, разве нет?
Если бы была такая возможность, я бы закинул ноги на стол. Потому что я уже прекрасно понял, к чему он клонит. У него для меня есть какое-то предложение.
Он посмотрел мне в глаза. Очень серьезно. Видно было, что я его заинтересовал, причем, очень сильно. А потом он поднял руку, выкрутил на минимум чувствительность микрофона, и закрыл его ладонями, чтобы точно не было ничего слышно.
— Нам бы понадобился человек с твоими талантами. И особенно тот, кого нет в базах. Иногда приходится решать щекотливые вопросы. Сам понимаешь, вещественные доказательства пропадают. Иногда теряются свидетели. И это когда вина уже практически доказана. Таких преступников приходится отпускать. И ведь всем было бы лучше, если бы с ними происходили… Несчастные случаи.
Я хмыкнул. Ну да, это интересно. Вопрос только в том, что он может предложить мне за мои услуги. Потом перейдем к торговле. Но сперва надо уточнить.
— Несчастные случаи? — спросил я. — Это типа упавшего на голову кирпича, из окна дома из синт-бетона?
— Ты сегодня действовал очень грубо. Работал бы тоньше, не попался бы. И валить тех, кого мы уже взяли, необязательно. Есть куча разной мрази, которую нам приходится отпускать. Их можно подловить на мелочи. Спалить мозги. Может случайно включиться пожарная сигнализация, когда он будет проходить по этажу, а на полу окажется оголенный провод. Раз уж ты выбрал этот путь, то действовать нужно аккуратнее. Не привлекая лишнего внимания.
— По-моему, нет ничего вернее, чем пуля в башку, — сказал я. — А ещё лучше — две. Тогда все, душа в ад, а тело в переработку.
— Если ты продолжишь работать так, то очень быстро снова попадешь сюда. Я вижу, в тебе есть потенциал.
— А что ты мне предложить-то хочешь? Я убираю преступников, которых вы выпускаете за недостатком доказательств. А ты взамен что?
— Так тебе же это по приколу, разве нет? — спросил он с улыбкой на лице.
Вот ведь гад. Всё-таки подловил. Причем, моими же словами сказал. Я ведь действительно этим занялся по факту от нечего делать. Меня нельзя назвать моралистом, в общем-то я и сам киберпреступник. Разве что сам не убивал никого. А вот вирусы, способные выжечь мозги, писал.
— Хорошо, — сказал я. — Я готов поработать на нашу доблестную полицию. Но только если задания будут мне интересны. И сразу говорю: все, что найду на месте, мое. Бабки, драгоценности, железо, которое можно продать. Все мое.